– Хочешь, чтобы я его оставила? – я рассеянно коснулась пальцами кожаного чехла. Честно говоря, за последние дни я настолько сроднилась с этим камушком, что расставаться с ним было откровенно жалко. – Думаешь, с ним может что-то произойти? Или с нами?.. – я всмотрелась в него внимательней. – В чем дело, Грей?

– Ни в чем… — кажется дракон был вовсе не в восторге от моих внезапных расспросов. – Лучше не забивай сссебе голову. Просссто подумай – вода и огонь, они не сссамые лучшие товарищи в нашем мире, так что… Это всссего лишь сссовет.

– Что ж… хорошо, — все еще не полностью убежденная, в конце концов, ответила я. – Если ты так настаиваешь, я оставлю его здесь, хоть мне и не хочется этого делать.

– Ссспасибо, — коротко ответил яшер, и мне на мгновение показалось, что в его голосе мелькнуло явное облегчение. Он, что же, всерьез волновался за меня? Или больше за камень?.. Впрочем, уверена, даже спроси я об этом, Грей все равно бы не признался.

– В таком ссслучае, до вссстречи.

И внезапно взмахнув крыльями, он прямо с места вертикально взвился в небо. Порыв ветра, поднятый им при этом, оказался настолько силен, что едва не опрокинул меня навзничь, не вцепись я инстинктивно еще сильнее ногтями в подоконник.

– Показушник! – недовольно проворчала я, изучая неглубокие борозды, оставшиеся в шершавой поверхности травертина после моих нежных ручек, и поспешно возвратила конечностям прежний облик. Как ни досадно было признавать, до таких фигур высшего пилотажа я еще действительно не доросла, и дотошный ящер не уставал мне об этом напоминать.

– Надо же! Я и не ожидал, что ты так быстро научишься отстаивать свои убеждения в споре с учителем, — внезапно раздалось за моей спиной. Сев подошел ближе и, рассеянно окинув взглядом царапины на подоконнике, уселся прямо на них, повернувшись лицом ко мне. Судя по выражению его взгляда, у нашей недавней беседы с драконом все это время был безмолвный, но весьма внимательный свидетель, о котором я и не подозревала. – Похоже, ты действительно взрослеешь…

– А вот ты, похоже, нет, — еще не вполне придя в себя после стычки с драконом, немного ворчливо отозвалась я. — Разве тебя не учили, что подслушивать чужие разговоры нехорошо?

– Мои учителя были достаточно мудры, чтобы не тратить времени на заведомо бесполезное занятие, — усмехнувшись, напомнил мне оборотень. – И, между прочим, это была не ирония – я действительно сказал, что думаю. Ты – молодец.

– Знаю, знаю… — вздохнула я. И, внезапно подавшись вперед, обняла его обеими руками и уткнулась головой в плечо, не обращая никакого внимания на возможную реакцию старейшин или других случайных свидетелей. Сейчас мне было все равно. Лишь бы эта противная дрожь, наконец, унялась.

– Не обращай на меня внимания… — негромко попросила я его. — Это просто усталость. Знаешь, эти последние недели…

– Знаю, — он успокаивающе погладил меня по волосам. – Нам всем уже давно пора отдохнуть и хоть немного отвлечься от этих забот… Поэтому давай завтра это и сделаем.

– Сделаем что?

– Отвлечемся, — и, поймав мой удивленный взгляд, Сев вдруг лукаво улыбнулся и подмигнул. — Ну, а что? В конце концов, пусть даже и по важному делу, но разве путешествие в Иль-ле-Налль – не увлекательное приключение?

– О да, и еще какое… — невольно поддаваясь его настроению, слабо улыбнулась я иронии в его голосе. И внезапно почувствовала, как недавнее напряжение, наконец-то, исчезает. – Просто жду, не дождусь.

Черный зев телепорта захлопнулся за нашими спинами с легким звоном. Я машинально оглянулась на звук, успев уловить краем глаза его слабый прощальный промельк в воздухе, прежде чем пространство вокруг нас снова обрело свою прежнюю незыблемую прозрачность. А потом снова посмотрела вперед.

Мы стояли почти у самой кромки воды. Молочно-белая полоса песка здесь, на линии прибоя, в мягких лучах восходящего солнца казалась слегка розоватой. Волны с ленивым шелестом мерно накатывали одна за другой на песок, игриво перебирая выброшенные на берег ракушки, словно ребенок яркие цветные бусины. Впереди на мили и мили вокруг, насколько хватало глаз, было только море и небо, небо и море… И рассвет.

– Ну, и что теперь? – несколько неуверенно поинтересовался Грейн, в сомнении обозревая расстилающуюся перед нами бесконечно гладкую водную равнину. – Ты уверена, что это точно здесь?