Сказать Ванву, что нас ждёт вторжение? Нет, пока не надо, пусть люди отдохнут с дороги. А там видно будет.

Владыка Эрвендилтоллион встретил меня ещё на дороге. За его спиной маячила Эйва. Она буквально изнывала от нетерпения. То ли спросить что-то хотела, то ли сказать, но при дяде не решалась.

– Ну как, нирта Олиенн, я смотрю вы с богатой добычей.

– Вы, лаэр Эрвенд, решили вновь перейти на официальный тон?

– Да нет, Ола, просто успел привыкнуть за долгие годы говорить… как это по-вашему?… а-а, "возвышенным штилем". Быть правителем, знаете ли, непросто.

– Совершенно с вами согласна, – и я поделилась своими сомнениями насчёт судьбы новой партии переселенцев. Как их лучше разместить? С кем это согласовать? Достаточно ли его разрешения, или надо будет переговорить с имперцами тоже?

В общем, вновь прибывшим досталось полуразрушенное эллиенское поселение прямо на дороге к расщелине между скал, по которой они и перебрались на эту сторону. Там они сейчас и стояли лагерем. Я подозвала Ванва и объяснила, что они смело могут обустраиваться на нынешней стоянке. Вот только нас ожидает скорое вторжение кочевников. Устоим мы против них или нет, сказать сложно.

Бородач тут же засыпал меня вопросами, но ответов у меня на них не было. Осталось только заверить новоиспечённого старосту, что если что-то проясниться, он узнает об этом первым. С тем Ванв и Тиб отбыли к остальным.

– Ну как, Ола, ноша? Каково это – чувствовать ответственность за чужие судьбы?

Надо было брякнуть в ответ владыке что-нибудь историческое, типа: "Шапка Мономаха тяжела, когда под ней пустая голова!" Или что-то в этом роде. Только вряд ли тут хоть один индивид читал Пушкина, не говоря уж о других классиках.

– Никогда раньше не пробовала, – откровенно пожала я плечами.

Да и не собиралась, честно говоря. Ведь предполагалось, что правителем будет Клэр. Ему и следовало перед королём ответ держать. С меня то – десятилетней девчонки – какой спрос? А вон как оно обернулось.

Тем временем мы подошли к дому Совета, где до этого проходили наши заседания и вошли внутрь. Тут уже сидел Карраэлгар и, склоняясь над столом, перебирал какие-то бумаги. Увидев нас, он встрепенулся, тут же свернув свои манускрипты.

– Доброго дня, нирта Олиенн! Наслышан о ваших успехах.

– Это ещё не всё, есть весьма ценные пленные, – поделился новостями лаэрииллиэн.

– Тогда я, пожалуй, схожу на них посмотрю, – оживился дауартин.

– Конечно, – согласился владыка.

Я только молча кивнула.

Имперец скрылся за дверью, а эльф налил себе в стакан горячего напитка. Приятный запах клеа заструился по комнате и я невольно подалась вперёд, ловя ноздрями его аромат.

– Налить? – бросил владыка насмешливый взгляд.

– Конечно!

Он ещё спрашивает! С такого мороза то, что надо! Эльф тут же накатил полную стаканищщу и я схватилась за неё обеими ладонями, грея озябшие пальцы. Пригубила. У-у-у! Какое блаженство!

– Лаэр Эрвенд, – спросила я спустя несколько минут, когда эллиен тоже устроился за столом, – не подскажите, что это такое? – и извлекла из кошеля мешочек с драгоценностями.

Такой бурной реакции я не ожидала!

– Что это? – зарычал владыка, хватая блестящие побрякушки, как наркоман в пакетик "герыча" во время жестокой "ломки". Я невольно отдёрнула руку. Опрокинутый стакан покатился, расплескивая горячую жидкость, и грохнулся об пол, разбившись вдребезги. Но кому было до него какое дело!

– Где ты это взяла?! – мёртвой хваткой вцепился в меня Эрвенд.

Его пальцы буквально вонзились в мои плечи, не напитай я их силой, того и гляди, проткнули бы насквозь.

– Лаэрииллиэн! Эрвендилтоллион! – рявкнула я, чеканя каждое слово, – Вы! Делаете! Мне! Больно!

Хватка эльфа ослабла.

– Ола, я умоляю, скажи мне, откуда всё это?! – голос владыки дрогнул.

Мать честна?я! Не может быть! В его глазах стояли слёзы. Они молили. Не увидела б сама, ни в жизнь бы не поверила. Эллиены и столько эмоций! И целое море ничем не прикрытого горя! Бескрайнее и безбрежное! Никогда я больше не видела Эрвенда таким! Как в тот миг! И как же мне его вдруг стало жалко.

– Я нашла их там, в замке, – с трудом произнесла я.

Мне казалось, что произнесённые слова режут сердце старика на части.

– Там ещё была маленькая девочка, – сбивчиво продолжала я, – Она прижимала их к груди, – я указала на драгоценности, – И ещё вот это, – вытащила припрятанный подмышкой обруч.

– Девочка, – эхом отозвался владыка, – странно.

– Разве у хозяев замка не было детей? – удивилась я.

– У нирта Золотого леса? Да, было несколько. Какой она была из себя?