Мать просунулась между плечом дочери и дверным косяком и бесцеремонно перебила толстяка:

— Вы пришли за верхоземкой?

— Э… ну… да!

— Тогда не будем тратить время на всю эту бумажную канитель. Она там!

Несмотря на свою тщедушность, старуха цепко ухватила толстяка за рукав и потянула в глубь дома, в гостиную, где по-прежнему сидела в своём кресле миссис Берроуз.

— Забирайте!

— Это упомянутая персона? — уточнил толстяк.

— Она не персона, она верхоземка. Заберите её быстрее, пожалуйста! — нетерпеливо сказала Элиза. — Только без кресла. Оно не наше, нам нужно его вернуть.

Отложив бумаги, толстяк закатал рукава своего серого плаща. Обойдя вокруг миссис Берроуз, он пощёлкал языком, покачал головой, повздыхал, примериваясь, сколько она может весить, словно она была предметом мебели, а не человеком. Мешковатая ночная рубашка затрудняла расчёты, поэтому он решительно шагнул к женщине и закатал просторный рукав её ночнушки. Элиза немедленно проинформировала его:

— Одежда и бельё тоже наши!

Белые гусеницы пришли в движение, и толстяк с некоторым возмущением уставился на Элизу.

— И что, вы предлагаете, чтобы я всё это с неё снял? Я не могу, это непристойно!

— Не сейчас, не сейчас! — рассмеялась Элиза. — Мой брат может забрать вещи позже.

Успокоенный толстяк продолжал бродить вокруг миссис Берроуз.

— Она совсем не ходит?

— Нет! — горько усмехнулась Элиза. — Она неподвижнее грязи на улице. Оттуда, где она сейчас, не возвращаются. Просто забирайте её и грузите в свою повозку.

Толстяк кивнул, наклонился и поднял миссис Берроуз на руки.

Из угла комнаты раздалось угрожающее рычание, и Колли кинулась на толстяка, оскалив устрашающие клыки.

Толстяк поспешно вернул миссис Берроуз в кресло и отскочил от рассерженной кошки, а мать Второго Офицера всплеснула руками.

— Колли, что с тобой такое?!

— Она у вас перегрелась, что ли?! — воскликнул толстяк.

— На место! Немедленно!

Все мускулы под голой кожей кошки напряглись, словно верёвки, она изготовилась к прыжку.

— Колли! — закричала Элиза и вскинула руку, чтобы ударить кошку. Колли и не думала отступать, и тогда Элиза схватила её за шкирку и потащила в коридор. Устрашающие когти проскребли по потёртому персидскому ковру, затем по полу. Колли отчаянно сопротивлялась, но Элизе всё же удалось затащить её в кухню и запереть там.

— Не представляю, что это с Охотницей! — извиняющимся тоном заметила мать Второго Офицера. — Обычно она чистое золотко, никогда себя так ни с кем не вела.

— Ничего страшного, — великодушно заметил толстяк, перекидывая миссис Берроуз через плечо, словно мешок с картошкой, и направляясь к дверям. — Ах ты… забыл! Вы не передадите мне мои бумаги?

Старуха сунула папку ему под мышку, и толстяк вышел из дома. Элиза и её мать стояли на пороге и смотрели, как толстяк укладывает миссис Берроуз в повозку. Из кухни доносились завывания и рычание Охотницы.

— Да что это с ней случилось? — пробормотала старуха. — Я ничего не понимаю.

— Может, она влюбилась в верхоземку, как и мой бестолковый братец? — зло усмехнулась Элиза. — У него будет разбито сердце, он не попрощался со своей ненаглядной. А теперь Учёные вскроют её черепушку, словно устрицу.

— Устрицу? — старуха непонимающе посмотрела на дочь.

— Да, устрицу. Кр-р-рак! И всё. — Элиза сделала жест, словно разбивала что-то молотком.

Истерический смех начал душить обеих женщин.

— Кр-р-рак! Кр-р-рак!! Кр-р-рак!!! — уже не смеялась, а взвизгивала Элиза, и слёзы катились по лихорадочно пылающим щекам.

Глава 27

Щелчки сканера стали громче и интенсивнее, и Уилл с Эллиот остановились. Девушка вопросительно посмотрела на своего спутника, он в ответ широко улыбнулся.

— Где-то здесь, неподалёку, должна быть подводная лодка. Я оставил радиомаяк на её антенне. — Неожиданно лицо его просияло. — Не хочешь взглянуть? На подводную лодку? Мы могли бы выяснить, как Ребеккам удалось попасть в этот туннель…

— Нет абсолютно НИКАКОГО ЖЕЛАНИЯ! — отрезала Эллиот. Она почти выкрикнула эти слова.

Уилл смутился:

— О… ну хорошо.

Эллиот наградила его сердитым и вызывающим взглядом.

— О чём ты думаешь, Уилл? А если один из нас соскользнёт и опять окажется… посреди пустоты?! Уплывёт, как в прошлый раз?

Уилл хотел сказать, что в этом случае они могли бы использовать метод его отца, но предпочёл не обострять обстановку.

— Ладно, тогда просто пошли дальше, хорошо?