Шрифт:
— ЧТО они сделали? — еле выговорил Уилл. — Я не понял, это академическое издание? Научное?
— Ну… не совсем… — Дрейк вынул книгу из свёртка и быстро протянул Уиллу.
Тот ошеломлённо уставился на яркую обложку:
— «Хайфилдский агент»… «Хайфилдский агент»?!
Уилл стремительно перевернул книгу и стал читать, что написано сзади на обложке. Дрейк тихо произнёс:
— Ну, понимаешь… они написали… детскую книгу. Дневник твоего отца они превратили в приключенческую историю для юных, так сказать, читателей…
Эллиот и Честер по-прежнему сидели на берегу озера, но и до них донёсся отчаянный вопль Уилла.
— НЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕТ!!!!!!!!!!!!!!!!!!
Эпилог
Голос Перри раскатился по всему дому. Старик созывал всех.
— Что за паника? — спросил Честера Уилл, когда они столкнулись в коридоре, выскочив из своих спален.
— Не знаю! — Честер кивнул на книгу, которую Уилл держал в руках. — Читаешь? Ну и как? Чур, я после тебя! Интересно?
Уилл сердито фыркнул:
— Похоже на бред сумасшедшего или дурной сон. Дочитаю — отдам.
Мальчики уже спускались по лестнице, когда из своей комнаты выбежала Эллиот. Она была в банном халате и тюрбане из полотенца — прожив всю жизнь в местах без самых элементарных удобств, она с недавних пор решила, что самое любимое место в доме у неё — ванная. Там она и торчала часами, либо принимая ванну, либо экспериментируя с прической перед зеркалом.
Когда они спустились вниз, Перри и Дрейк стояли перед телевизором, не сводя с экрана глаз. Честер бросил взгляд на коридор, но его отца там не было.
Через секунду пришла миссис Берроуз, встала рядом с Уиллом.
— Что происходит, почему такая паника? — спросила она.
— Отец связывался со спецслужбами, — коротко бросил Дрейк. — Что-то происходит в Лондоне. Что-то серьёзное.
Он увеличил уровень звука.
«…среди этих инициатив — приказ о закрытии и расформировании инфекционных отделений и переводе ведущих сотрудников на базу Университетского госпиталя… Этот приказ исходит с самого верха, от премьер-министра, как сообщают наши источники, близкие к правительству…»
Затем на экране возникло лицо премьер-министра, окружённого журналистами.
«…всё под контролем, но в условиях мирового кризиса мы должны сокращать ненужные расходы. Всесторонне изучив бюджет и проконсультировавшись с ведущими специалистами, мы выделили некоторые области здравоохранения, которые не требуют таких вложений, которые выделялись им ранее… мы делаем ставку на централизацию и рационализацию… впрочем, должен заверить, что это никаким образом не скажется на качестве медицинского обслуживания наших граждан…»
Камера выхватила крупным планом лицо премьер-министра, когда он садился в машину. Голос диктора бесстрастно продолжил:
«Сегодняшнее заявление повергло в немалое удивление практически все подразделения и департаменты здравоохранения. Британская Медицинская Ассоциация заявила сегодня официальный протест, поскольку правительство не проводило с ней никаких консультаций, а сокращение таких важнейших подразделений, как лаборатории по производству вакцин…»
На экране пошла другая картинка: люди выносят контейнеры из здания и торопливо грузят их в грузовики.
«…скорость, с которой происходит расформирование лабораторий, вызывает удивление и недоумение…»
— Глазам не верю, — пробормотал Дрейк. — Это госпиталь Святого Эдмунда. А вот Сент-Томас и Лондонский. Какое совпадение, правда, Эллиот?
Он повернулся к ребятам и горько спросил:
— Как вы думаете, почему это в тот самый момент, когда опасность инфекции особенно высока, правительство поспешно закрывает те самые лаборатории, которые работают с нашей вакциной?
— Но что всё это значит? — воскликнул Честер.
— Это стигийцы, — глухо ответил за Дрейка Уилл.
— Скорее всего! — кивнул Дрейк. — Слишком странно для совпадения — это ведь именно те три госпиталя, куда я отвёз образцы крови Эллиот, чтобы они хранились в банке вакцин. Стигийцы сделали ход. Теперь они получили вакцину обратно, можно не сомневаться, что по дороге в новое хранилище эти грузовики чудесным образом испарятся.
— Но ведь у нас всё равно есть… э-э-э… исходник? — осторожно проговорил Уилл, кладя руку на плечо Эллиот.