Всхлипывая все тише, Никки показал пальцем в том направлении, откуда прибежал.

— Вон там, на пустыре за домом.

Райан круто развернул машину и поехал в направлении, указанном Никки.

— Где девочки?

— Пошли к Салли.

Слава Богу, что Сара и Дани в безопасности.

Вскоре он увидел толпу, которая собралась посреди окруженного деревьями пустыря за домами.

— Туда? Майк там?

Никки выглянул из-за плеча Райана.

— Ага.

Райан быстро прикинул ситуацию. Человек пятнадцать, не меньше, все подростки и молодые люди от двенадцати до двадцати, и вид их не сулит ничего хорошего. Положив руку на колено Никки, он оглядывал толпу молодежи, одетой по большей части в одинаковые куртки.

Прошло немало лет, но чувство опасности у Райана сохранилось отменно. В затылке у него закололо, адреналин подскочил до предела. Малыша нельзя брать с собой, но и оставлять его одного в машине не годится. А если ему предстоит иметь дело с такой толпой, определенно не обойтись без помощи.

Он свернул на подъездную дорожку ближайшего дома, вытащил Никки из машины, подбежал к дверям и принялся звонить без перерыва, прижимая большим пальцем кнопку звонка.

Райан уже готов был броситься к соседнему дому, когда занавеска в окне шевельнулась.

— Мэм! Ради Бога, мне нужна помощь!

Молодая женщина, окруженная детьми, боязливо приоткрыла дверь ровно на длину цепочки.

— Мамочка, это Никки. Привет, Никки, ты пришел поиграть?

Детский голос из глубины дома прозвучал для Райана неожиданным благословением. Быть может, то, что сын узнал Никки, поможет убедить женщину преодолеть естественную боязнь.

— Пожалуйста, помогите! Мой старший сын попал в беду, там, на пустыре. Банда подростков.

Женщина внимательно осмотрела Райана, затем прикрыла дверь, чтобы снять цепочку, и распахнула ее уже шире. Райан поставил Никки к ее ногам.

— Позвоните в полицию, — сказал он.

— Конечно, — кивнула женщина. — Бегите. Я позвоню.

Райан не стал тратить времени на изъявления благодарности. Он опрометью бросился к пустырю, но, приблизившись к группе подростков, принудил себя перейти на шаг. Подростки тотчас заметили его, но он не обратил внимания на их смешки, взглядом отыскивая в толпе Майка.

Сердце Райана на миг замерло, затем забилось как бешеное, когда в бесформенной груде металла он узнал велосипед Майка.

Господи, да где же сам Майк? Что они с ним сделали?

В последнее время все чаще появлялись путающие сообщения о случайных и бессмысленно жестоких преступлениях, которые были делом рук подобных шаек.

Ледяной ветер прошуршал у самой земли, шевельнув опавшие листья. Обрывки бумаги, подхваченные им, лениво закружились в воздухе. Порыв ветра бросил один такой обрывок на ногу Райана, и тот нагнулся, чтобы его стряхнуть, но рисунок на бумаге показался ему знакомым.

Это был кусок любовно вычерченной и раскрашенной карты Канарских островов, над которой Майк трудился весь последний уик-энд. Теперь карта была изорвана и покрыта грязью. Уничтожена. Райан смял обрывок в кулаке и решительно двинулся вперед. Толпа нехотя раздавалась перед ним.

Наконец он увидел Майка.

Мальчик лежал в грязи, свернувшись клубком, словно в материнской утробе, прикрыв руками лицо и голову, подтянув колени к животу. Куртка его была разорвана, школьные учебники в беспорядке валялись в грязи.

Над Майком стоял юнец лет девятнадцати. Черный кожаный воротник синей куртки был поднят, обрамляя ангельски смазливое лицо. Волосы, до того светлые, что казались белыми, завивались кудряшками надо лбом; на губах играла проказливая улыбочка.

На глазах у Райана он пнул Майка по почкам.

— Мне ужасно жаль, приятель, — тон у него был сладкий и рассудительный, — только я не могу позволить, чтобы меня не слушались. Так что придется тебе послужить хорошим примером остальным. — Белобрысый занес ногу, собираясь вновь ударить Майка.

С яростным рычанием, в котором смешались страх и отчаяние последних дней, Райан рванулся вперед. В этот миг разом отступили восемнадцать лет цивилизованной жизни, и Райан вернулся в свою юность. В дни, когда он бродил по грязным улицам американских городов в компании своих друзей, нарушал закон, с бешенством бросаясь на каждого, кто осмеливался встать ему поперек дороги.

Мучитель Майка от неожиданности отпрянул, но скоро овладел собой и сунул руку за отворот куртки. Подростки отпрянули, когда их вожак выхватил нож.

Блеснуло зазубренное лезвие, напомнив Райану, что ему тридцать шесть, а не шестнадцать. Толпа сомкнулась неровным кругом, предвкушая недурное зрелище. Райан шагнул ближе к лежавшему в грязи Майку, не отрывая взгляда от глаз парня с ножом.

— Тебе чего надо, начальник?

— Я пришел за своим сыном. — После этих слов Райан понял, что никогда не покинет Бекки и ее детей. — Сейчас я уйду и заберу его с собой.