Шрифт:
«Так, в Париже в эпоху возрождения вода стала большой ценностью. На весь город имелось 40 колодцев и около 40 фонтанов (примитивных водоразборных колонок с постоянным током воды)» [457:1], с.216. О парижских банях уже ничего не сообщается.
Продолжаем цитировать.
«Большинство домашних хозяйств – это известно по описям утвари – не имело даже тазов. Одна ванна приходилась на 1000-1200 жителей. Только знатные вельможи обычно могли себе позволить такую роскошь, да и у них ванна служила в основном символом богатства и престижа, пользовались ею редко» [457:1], с.216.
Надо полагать, приглашая гостей на праздничный ужин и показывая им роскошную обстановку дома, хозяева гордо говорили: вот железный таз, а это – наша ванна. Многие посетители втайне завидовали.
А что же французские короли эпохи XIV-XVI веков? Им тоже, оказывается, воды нехватало. Сообщается следующее. «Так, Людовик XVI принимал ванну только в случае болезни, а обычное утреннее умывание состояло в том, что слуга наливал на руки короля несколько капель винного спирта. Некоторые врачи доходили до утверждения, что вода вредна для кожи и лучше протереться разбавленным спиртом или уксусом» [457:1], с.216.
Это понятно. Пока воды в городах было мало, населению авторитетно объясняли, что она вредна для здоровья.
Наша реконструкция прекрасно объясняет всю описанную картину. Нелепой она является лишь в скалигеровской хронологии. А в новой хронологии, Западная Европа вступает в XIV век как малонаселенная территория, на которую накатывается великое = «монгольское» завоевание. Никаких бань, тазов и мыла редкие местные жители пока еще не знают. Все это появится, но только после колонизации западноевропейских земель, когда Великая = «Монгольская» Империя обустроит здесь быт и создаст систему городов. Промышленное производство мыла тоже начнется, но не ранее XVII-XVIII веков, о которых, по нашей реконструкции, и рассказывает «античный» писатель Плиний, сообщающий о мыле, см. выше.
Г. Куценко и Ю. Новиков подводят итог: «Возрождение личной гигиены настало в западноевропейских городах только в XVIII веке» [457:1], с.217. Итак, руки перед едой в Западной Европе в массовом масштабе стали мыть лишь начиная с XVIII века.
Могут спросить, а почему же тогда западноевропейский художник Альбрехт Дюрер будто бы в 1496 году изобразил на своем известном рисунке «Женская баня» мытье женщин в самой настоящей русской бане с березовым веником? В частности, на заднем плане мы видим типичную русскую печь. Это знаменитое произведение, оцененное в 10 миллионов долларов экспертами «Сотбис» (по сообщению BBC, перепечатанному в издании «Коммерсантъ Власть» от 7 августа 2001 года, стр.42) приведено на рис.12.0. Ответ нам теперь вполне ясен. Либо Дюрер, как имперский художник эпохи XVI века, изобразил здесь мытье русских женщин в русской бане на территории метрополии – Руси-Орды, либо же в эпоху Великой = «Монгольской» Империи в ее провинциях, в том числе и в Западной Европе, бани были введены и в них мылись. Но потом, после раскола Империи и принудительной смены обычаев в Западной Европе, русские бани здесь ушли в прошлое. Кроме того, как мы показали выше, воды здесь в городах стало заметно меньше ввиду распада имперской системы водоснабжения.
рис.12.0
4. 5. На что шло на Руси западно-европейское серебро и золото
Что же происходило далее с описанным выше потоком западно-европейского золота, серебра и, в частности, серебряных ефимков-талеров – в Россию? Оказывается, «неисчислимое множество их (ефимков-талеров – авт.) уже больше ста лет (речь здесь идет о середине XVII века – авт.) переливалось из европейского обращения в Россию, чтобы превращаться там в проволоку» для выделки, – чего бы вы думали? – русских копеек [81], с.6.
То есть, западно-европейская валюта шла в Россию в качестве сырья. И.Г.Спасский писал: «В самой России роль талера стала совершенно иной – только товарно-сырьевой… Правительство увидело в талере наилучший вид монетного металла» [81], с.7.
А до талеров из Европы сырьевое серебро сдавали на Русь в виде слитков [81], с.7.
При этом, в русском быту западно-европейский талер-ефимок был совершенно неизвестен [81], с.7. «В России же популярный за ее южной и западной границей талер оставался для широких масс населения неведомым, настолько быстро уходили… партии талеров на монетный двор» [81], с.11. А русские люди пользовались у себя дома своими русскими копейками, которые чеканил монетный двор из западного серебра.
По нашему мнению это означает, что Русь того времени фактически брала дань серебром и золотом (?) из Западной Европы.
«Часть ежегодно ввозившегося (в Россию – авт.) серебра расходовалась ювелирным промыслом и оседало в убранстве храмов России, царской сокровищнице и богатых домов бояр и купечества… монетные клады – хорошо известная всем особенность русского старинного быта» [81], с.11.
«Уму непостижимо обилие монетных кладов в России и СССР» – пишет И. Г. Спасский [81], с.13.
В отличие от серебряных, на Руси были свои золотые рудники (Урал, Казахстан). Кроме того, возможно, золото поступало на Русь также и в виде дани.
Только на Руси крыши, купола храмов не только в столице, но и во всех городах крыли золотом. Мы к этому настолько привыкли, что это нас это в общем-то и не удивляет, рис.12.1, рис.12.2. А вот путешественников из Западной Европы это поражало до глубины души.