— Гм.

— Я не думал, что она устроит… ну, то, что устроила. Думал, она подождет и намылит мне шею за опоздание.

— Наверное, она тоже была не в лучшей форме, — заметила я.

— Кажется, да. Брр.

— Что?

— Ничего. Передергивает каждый раз, как вспоминаю, что она там наговорила. А тебе-то каково, бедная…

Фрейзер коснулся моего лба, и я вдруг спохватилась, каким же пугалом, наверное, выгляжу.

— На самом деле совсем не больно. Это просто царапина от шипов.

— Она могла глаз тебе выколоть.

— Была бы одноглазой.

Фрейзер улыбнулся и нежно погладил царапину. Я дернулась.

— Если не считать этого, — произнес он, — Аманда оказала мне услугу. Я выкрутился, и ей некого в этом винить.

— Кроме тебя.

— Это точно. Вина целиком и полностью моя. Я имею в виду — я не выгляжу в этой ситуации бессердечным мерзавцем. Потому что я действительно не такой. По крайней мере, я так думаю.

— И я.

Рука Фрейзера все еще касалась моего лба.

— Почему ты здесь? — спросила я.

— Чтобы увидеть тебя, — просто сказал он.

— О…

Фрейзер отнял руку, опустил голову.

— Вы с Энгусом… Извини, это, конечно, совершенно не мое дело, но все-таки… Между вами ведь ничего нет? Он сказал, что нет, но я подумал, что он просто бережет мои чувства. Он ведь такой.

— Знаю, — сказала я. — Нет. И никогда не было, правда… Думаю, одна из причин, почему он мне нравился, — хотя и не единственная причина… Он ведь замечательный. Так вот, он нравился мне потому, что напоминал тебя.

Добрые глаза Фрейзера удивленно моргнули.

— Это правда?

— Да, — сказала я, сглотнув.

Он осторожно накрыл мою руку своей.

— Ты… меня… ну, ты знаешь?..

— Да, — сказала я, не сомневаясь, что даю правильный ответ.

Фрейзер сжал мою руку; другая его ладонь легла на мою щеку. За окном снова повалил снег.

— Я наконец понял. Понял, до чего же боялся, что ты будешь с ним и сделаешь счастливым его, а не меня. Я так ревновал.

Я уставилась на него:

— Ты ревновал? Ты же собирался жениться!

— Знаю. Просто мне казалось нечестным, что ты достанешься ему лишь потому, что он получил свой шанс, а я свой уже упустил. Как будто мало мне было печали.

Я не могла поверить своим ушам.

— Я встретила в поезде экстрасенса. Не верю я в эту ерунду. Полная чушь. Знаешь, она велела мне возвращаться к Александру.

— Ты так и сделала, — сказал Фрейзер. Я в недоумении смотрела на него.

— Аласдер. Мое второе имя. Гэльский вариант имени Александр.

Я вытащила платок. Ф. А. М. Та чокнутая, видно, углядела букву А, пока я сжимала платок в руке, и сделала правильный вывод. Если, конечно, не… Я подняла голову.

Словно в замедленной съемке, мы касались друг друга, будто заново узнавали — он меня, а я его. Я ощущала его сильные плечи под белой рубашкой. И волоски на руке, которые топорщились от холода и от нашей близости. Я осторожно дотронулась до пуговицы на его рубашке.

— Если я снова расплачусь, то ослепну.

— Тогда не надо будет объяснять, что ты во мне увидела.

— Ха!

Вдруг я почувствовала, как сильные руки Фрейзера легли на мою талию и крепко сжали ее. Лицо его было возбужденным, взволнованным, неуверенным — нет, как раз вполне уверенным.

Я посмотрела на него в упор.

— А знаешь, была бы это книга, — изрекла я, — она непременно закончилась бы свадьбой.

— Не обязательно, — возразил Фрейзер. — Могла бы закончиться и поцелуем.

Так и случилось.

Мы решили сразу же сбежать из Лондона. Где-нибудь в деревне, рассуждали мы, можно просто гулять и разговаривать. Ну и все остальное. Я светилась, как рождественские огни за окном. Затолкав в сумку кое-какое теплое барахло, мы двинулись к дверям. Уже на выходе я услышала, как зазвонил телефон. Линда сняла трубку.

— Ага! — донесся до меня ее голос. — Мел!

— Меня тут нет, — сказала я Фрейзеру.