–  Что ты сказала?!
– воскликнула Алиса.

–  Я что-то сказала?

–  Ты что-то сказала об Ирвинге.

–  Он мог изменять себя. Ты этого не знала? Не говори мне ерунды. Я прекрасно знаю что тебе это известно. Ты сама была в одной камере вместе с ним, и он превратился в траву что бы ты не умерла от недостатка кислорода.

–  Значит, это ты?!

–  Что я?

–  Ты Нара Крыльв. О том что сделал Ирвинг было известно только мне ему и Наре. Ирвинг не мог этого рассказать.

–  Почему не мог? Он вполне мог это рассказать.

–  Он просил Алису молчать и сам никому не говорил.

–  Его могли заставить.

–  Его не могли заставить. Он не чувствует физической боли и никому не придет в голову спрашивать о том что никому неизвестно.

–  Его могли заставить иначе, - сказала Нара.
– Хотя, это довольно сложно. Особенно, если принять тот факт что мееры слабее меня.

–  Что?
– переспросила Алиса.

–  Мееры слабее Нары Крыльв, - сказала Нара.
– Я уничтожила нескольких из них, и после этого они не пытались меня трогать.

–  Я должна идти, - сказала Алиса и постучала в дверь камеры.

Она ушла.

Прошло два дня. В камеру несколько раз приносили еду, от которой крыльвы отказывались. На нее было противно смотреть, не говоря о том что бы есть. Крыльвы могли ее съесть, но в этом не было видно никакого смысла.

На третий день появилась Алиса. Она так же вошла в камеру и осталась наедине с тройкой крыльвов.

–  Мне не верят, - сказала она.
– Все считают что я поддалась на ваши уговоры. Я Лай Алиса Рино, и мне только девятнадцать лет.
– Она сказала это на языке ратионов, и Нара поняла скрытый смысл слов. Алиса никому не говорила что она это она, потому что к прилетевшим было совсем не то отношение, какое хотелось.
– Один из корреспондентов бывших на суде рассказал о нем в радиопередаче и несколько часов назад пришло послание от мееров. Они предлагают обменять вас на двоих наших.

–  Как это?
– спросила Нара.
– Они же могут подсунуть вам кого-то не того.

–  Не могут. Мееры не могут становиться ратионами. У них нет для этого сил.

–  Значит вы меняете нас на ратионов?

–  Еще нет, но это возможно.

–  Странно. Людям есть какое-то дело до ратионов?

–  Ты не поняла? Страна Рат управляется ратионами.

–  Вот дьявол!
– воскликнула Нара.
– И тебе никто не поверил?

–  Это управление негласное. Нельзя просто так сказать что вас отпустили потому что я вам поверила. Тем более, что мне не поверили и ратионы. У меня нет никаких доказательств для них.

–  Ты боишься рассказать о себе даже своим?

–  Да. Я не знаю какова будет реакция.

–  Ты можешь найти ратиона, который видел меня в виде крыльва?

–  Я встречалась с ней.

–  И что?

–  Она злится при любом упоминании о тебе. Ты унизила ее тем что оставила в живых.

–  Интересная позиция. Получается что я должна считать что меня уважили приговором о расстреле.

–  Мееров никогда не оставляют на свободе. Если они получат свой энергоизлучатель, они обретут силу вновь и тогда с ними очень трудно бороться.

–  Замечательно. Значит суд решил что мы их припрятали?

–  Да. Сейчас ведется поиск в том лесу, где вас поймали.

–  На сколько мне известно, этот энергоизлучатель взрывается, если его берет кто-то не тот.

–  Да. Этот взрыв уничтожает и его меера. Меер без энергоизлучателя не меер.

–  Тогда, почему нас так боятся?

–  Они считают что ваши энергоизлучатели не уничтожены. Значит, если уничтожается энергоизлучатель меер становится безопасным? По моему это какая-то глупость.

–  Он прекращает быть меером.
– Сказала Алиса.
– В этом случае его убьют свои же.

–  Теперь понятно. Остается только понять чем отличается меер спрятавший свой излучатель от меера у которого этот излучатель уничтожен.

–  В первом случае меер может его вернуть, если встречает своего.

–  И вернуться в то место, где находится этот излучатель. Получается что выдавая меера вы просто освобождаете его и он может вновь оказаться у вас в тылу.

–  Но при этом будут освобождены двое наших.

–  Я все равно не понимаю. Они могут спокойно убить вас не думая об опасности. Прилетел, сбросил бомбу и так же улетел.

–  Я не знаю почему, но они этого сделать не могут.
– сказала Алиса.

–  Либо они глупы как тархи, либо в этом скрывается что-то совсем другое.
– сказала Нара.

Время встречи закончилось и Алису выпроводили из камеры. Нара ждала только одного. Но отключения блокировки поля не происходило. Это все больше и больше тревожило ее. День казни приближался и Нара ощущала что она может оказаться неотвратимой. Было еще несколько планов побега, но выйти из камеры было не так легко. Снаружи была вооруженная охрана, которая постоянно держала тройку под прицелом, когда дверь открывалась.