–  Это инстинкт. Спроси любого мужчину на корабле что он сделает если к нему в каюту ночью войдет красивая женщина и начнет раздеваться.

–  Но ты не имела права так делать!

–  Я как раз имела, а вот мужчины не имеют права так делать. В этом вопросе равноправия не существует.

–  Ну что же. Тогда, идем к нему и все выясним.
– сказала Алиса и взяв Нару за руку повела через корабль.

Они вошли в рубку. Там находился Тигран, Ларс и Линд.

–  Тигран, выйди пожалуйста.
– сказала Алиса. Он повернулся, взглянул на нее, на Нину и несколько усмехнувшись пошел на выход.

Они оказались втроем.

–  Что случилось?
– спросил Тигран.

–  А ты не знаешь?
– спросила его Алиса.

–  Она нажаловалась тебе что я не обращаю на нее своего внимания?
– снова почти смеясь спросил Тигран.

–  Она беременна, Тигран!
– сказала Алиса.

–  Она сказала что я отец? Я думаю, это мог быть кто угодно.

Алиса не успела ничего сказать. Нина со всего размаху ударила Тиграна по щеке и убежала. Она была ужасно обижена и это чувствовала Алиса. Но Алиса не чувствовала, что еще дальше Нина просто хохотала. Она слышала какие мысли возникли е этот момент у Тиграна.

Через полчаса в каюте Нины появился Ирвинг.

–  Что происходит, Нина, ты…

–  Что?
– переспросила Нара, поднимаясь с кровати. Она была в слезах. Одновременно наигранных и настоящих. Она знала что Тигран не видел в ней Нару и где-то в глубине боялась что узнав ее он ее больше не примет.

–  Я не понимаю, это смахивает на войну.

–  На любовную войну, Ирвинг. Тигран только что обвинил меня в том что я спала еще с кем-то кроме него. Тебе лучше всего не вмешиваться.

–  Но Алиса сказала…

–  Она нечеловек и ей тоже лучше не вмешиваться. Пойми, наконец, это наши отношения и только наши.

–  Но ты сама…

–  Ты хотя бы понял, Ирвинг, что тебе сказала Алиса?

–  Да. Ты ударила Тиграна.

–  А за что? С чего это началось?

–  С чего?

–  С того что я беременна.

–  К-кто?!

–  Я, Ирвинг. Это и есть то самое что изменилось между мною и Тиграном.

–  Но как это возможно?

–  Черт побери! Я не знаю!
– закричала Нара и ее резкое изменение настроения заставило Ирвинга выйти.

Слух о беременности Нины Мак Лин разлетелся очень быстро. Тигран не отказывался от того что он провел ночь с ней и как раз две ндели назад. Других "претендентов" на роль отца не нашлось, и Тигран был вынужден признать что у Нины будет его ребенок.

Он ощущал к ней те самые смешанные чувства, которые описывались в книгах. Он чувствовал вину перед Ниной, что было удивительно для Алисы и Ирвинга. Алиса просто считала что виновна во всем Нина, а не Тигран, а Ирвинг, зная кто такая Нина, считал что она должна обо всем рассказать Тиграну.

–  Нет, Ирвинг. Ты обещал молчать, а я не хочу говорить.

–  Но почему?

–  Потому что я крыльв, а не человек.

–  Но тогда к чему все эти игры вокруг?

–  Вот к тому и игры. Я хочу посмотреть что для него дороже, Нара, Нина или ее ребенок.

–  Ты жестока, Нара.

–  Может быть и так, но я не вижу другого выхода. Я хочу что бы мой будущий муж прошел через все.

–  Твой муж?
– удивился Тигран.

–  А как ты хочешь? Он отец моего ребенка, значит он мой муж! Будь он диким хищником или человеком.

–  Ты считаешь это важным?

–  Да. Если хочешь знать, то для меня самое ценное это мой ребенок, а вернее, оба.

–  Что оба?

–  У меня будет их двое.

–  Ты знаешь?

–  Разумеется знаю. Я же крыльв.

–  Я бы этого не знал.
– сказал Ирвинг.

–  Что?

–  Сколько у меня будет детей.

–  Ты хочешь сказать что ты женщина?

–  Я как и Алиса. У нас нет разделения. Я могу быть и тем и другим. Странно, что ты не можешь быть мужчиной.

–  Я могу им выглядеть, но не могу им быть.

Вновь шло время. Теперь Нара никак не сдерживала рост своих детей. Крейсер шел все дальше и дальше. Тигран теперь не мог отмахиваться от Нины, но был по-прежнему холоден к ней.

–  Я говорил тебе раньше кого я люблю.
– сказал он на признание Нины в любви.

–  А ребенок?
– спросила она.

–  Я отец и я обязан быть с ним.

–  Ты не будешь его любить?

–  Кто тебе сказал такую чушь?! Пойми, наконец, Нина. Ты мне нравишься, но не настолько что бы я мог забыть Нару. Я останусь с тобой, потому что у тебя будет ребенок, но ты не можешь требовать от меня настоящей любви к себе.