Чувствуя, что ноги вот-вот откажутся ее держать, Мариэль опустилась на стул:

— Дело не в этом.

Дейн сел рядом, пытливо вглядываясь в ее лицо:

— Расскажи мне.

— Люк — известный фотограф, яркий, красивый, искушенный. Ему быстро надоела такая глупая и наивная девушка, как я. Ему нравились мои эскизы одежды, но мое лицо нравилось ему больше, поэтому я стала фотомоделью. Мы вместе вели дела, зарабатывали много денег. Шло время, и наши отношения вышли за рамки рабочих, я переехала к нему. Мне и в голову не приходило, что не стоит так слепо доверять ему. Но однажды я узнала много нового о Люке: оказалось, что он, во-первых, в свободное от работы время торгует наркотиками, а во-вторых, постоянно мне изменяет. А я. Я была просто дополнительным источником дохода. Перед Рождеством его арестовали. Я тоже какое-то время была под подозрением, у меня даже сняли отпечатки пальцев, перед тем как освободить.

— Ублюдок!

— Да. — Воспоминания о пережитом унижении сковали Мариэль. — Моя семья ничего об этом не знает, и я хочу, чтобы так все и оставалось.

— Клянусь, я никому ничего не скажу.

Желая поддержать Мариэль, он чуть сжал безвольно лежащую на столе ладонь. Тепло его сильной руки словно открыло невидимый клапан, до этого сдерживающий ее чувства, и из глаз Мариэль потекли слезы. Но она быстро смогла взять себя в руки.

— Сейчас во что бы то ни стало я хочу начать свое дело, создать линию одежды. Правда, для этого мне нужно найти стартовый капитал, чтобы снять помещение под мастерскую и бутик.

— Но я думал, что, будучи моделью, ты заработала достаточно денег. Только не говори мне, что.

— Именно. И сейчас у меня ничего нет. — Мариэль нервно провела рукой по волосам, она чувствовала себя полной дурой. — И я боюсь, что если мое имя начнет мелькать в прессе, то журналисты заинтересуются моим прошлым и всплывет эта ужасная история.

— Нет, если мы дадим им другую почву для сплетен. Нужно, чтобы они сконцентрировались на том, что происходит здесь и сейчас.

— О чем ты?

— Нужно, чтобы у них создалось впечатление, что мы пара.

— Пара?

— Да, влюбленная пара, имеющая серьезные отношения с далеко идущими планами.

— Наверняка есть какой-то другой выход.

— Если ты сможешь его придумать, я с удовольствием тебя послушаю.

Но она не могла. Наверное, потому, что ее мозг уже вовсю обдумывал его неожиданное предложение. Может, если они пару раз сходят вместе поужинать или в театр.

— Сейчас мне нужна постоянная спутница, потому что весь этот ажиотаж, вызванный проклятым титулом Холостяка Года скоро меня доконает, — объяснял тем временем Дейн. — А если газетчики что-то пронюхают про то, что случилось в Париже, моего влияния хватит, чтобы заткнуть им рот. Кстати, насчет твоих финансовых проблем. В здании рядом с моим офисом пустует первый этаж. Ты могла бы использовать его для организации своей мастерской и бутика.

В голове Мариэль крутилось слово «постоянная».

— О насколько постоянной спутнице мы говорим?

В его серых глазах заплясали чертики.

— Тебе придется переехать ко мне.

— Что?! Попридержи коней! Ты сказал — переехать?

— Так будет безопаснее.

— Безопаснее для кого? И что вообще ты понимаешь под словом «безопасно»?

— Твои родители далеко, и вряд ли тебе хочется жить одной в этом огромном доме. Не волнуйся, никто не будет знать о том, что происходит между нами за закрытыми дверьми, но на публике.

— На публике мы будем парой?

— Любовниками, — поправил он.

— Как быстро мы от компаньонов перешли к стадии любовников, — иронично прокомментировала Мариэль, стараясь скрыть волнение.

— Но ведь я и не говорил, что не хочу видеть тебя в своей постели, Мариэль.

— Что заставляет тебя думать, что я однажды окажусь там?

«А что заставляет тебя думать, что ты сможешь устоять?» — язвительно поинтересовался ее внутренний голос.

— Вибрации, искры, которые летают между нами с прошлой ночи. Не могу сказать, что мне это нравится, — подобное влечение все только усложнит.

— Впервые я с тобой полностью согласна.

— Проблема в том, что мы с тобой хотим одного, но я единственный здесь, кто готов признать это. Можешь ничего не говорить, я вижу ответ в твоих глазах. И видел его, когда твое тело отвечало на мои прикосновения.

— Так, ладно, остановись. — Она попыталась вдохнуть, но у нее не получилось. Почему в этой чертовой комнате совсем нет воздуха? Будь он проклят за то, что заставляет ее чувствовать себя такой уязвимой.

Неожиданно она осознала, что впервые за много лет почувствовала себя по-настоящему живой.

Мариэль с раздражением заметила, что выражение его лица осталось прежним. Как он может оставаться таким спокойным и отстраненным, обсуждая подобные вопросы? Как он может произносить слова «любовники» и «бизнес» в одном предложении?

Она сделала еще один глубокий вдох. Не важно, о чем он думает, самым главным для Мариэль сейчас было начать свое дело. А для его успеха ей нужна благожелательная пресса и место для мастерской. И если это означает жить под одной крышей с Дейном, притворяясь его любовницей, что ж, пусть так и будет. Осталось заставить его забыть об искрах и вибрациях.