— В милиции будешь рассказывать о предыдущем случае? — осведомился Ванька.

— Там нечего рассказывать. В тот раз меня не ограбили, не избили. Может, правда, они меня наметили как жертву, а осуществили свой план через два дня.

— Тогда получается, что и предыдущее нападение никак не связано с убийствами, — резюмировал Ваня. — Но что-то мне слабо верится, что тебя вот так прицельно пасли. Район у вас тут далеко не миллионерский. Да и ты не на «бентли» ездишь, а на древней «шкоде». Что у тебя в сумке было?

— Да ничего особенного. Все, что там лежит каждый день. Ах да, я взяла с собой фотографию и улики, которые мы нашли в комнате Жени. Показала их Георгию. Он настроен скептично, считает, что из чека нам ничего не вытянуть.

Иван аж изменился в лице:

— Ты хочешь сказать, что фотография и наша единственная улика были у тебя в сумке в момент грабежа? И что они тоже украдены?

Я помотала головой:

— Удивительно, но я вытащила компромат из сумки. Сейчас он лежит у меня в машине, в атласе автомобильных дорог Москвы.

— Ну, ты даешь! — восхитился Иван. — Помнишь, в «Семнадцати мгновениях весны» Мюллер говорил, что совершенно невозможно понять логику непрофессионала? Твою логику тоже понять невозможно. Если эти люди все же имеют отношение к убийствам и хотели отобрать у тебя улики, то представь их разочарование, когда они раскрыли сумочку и ничего там не нашли.

— Стоп, — я постаралась охладить его пыл. — Мне, конечно, очень лестно слышать про свою дальновидность, но ты упустил кое-что весьма существенное. О том, что я вчера брала с собой улики, не знал никто, кроме меня и Георгия. А он узнал об этом только во время встречи. Хочешь сказать, что Гоша причастен к ограблению, а значит, и к убийству Евгении?

— А что? — парировал Иван. — Между прочим, вполне даже себе подходит. Был с ней знаком, лет ему сколько?.. Тридцать с хвостиком. Годится… Чем тебе не подозреваемый?

Я напомнила Ивану, что Георгий оказался втянутым в это дело случайно, а до того момента, как он застал меня в гостиной Вячеслава, он слышал — как, впрочем, все в тусовке — о смерти Жени, но ни сном ни духом не подозревал о существовании и последующей гибели брата Пети.

— Ну да, — нехотя согласился Иван. — Но все же я бы включил его в список подозреваемых.

— Он не знает, где я живу, — отрезала я. — И хватит возводить напраслину на человека.

Ванька надулся, а потом спросил, нужен ли мне мобильник, — он может отдать мне свой старенький «сименс». Мы договорились, что завтра он подъедет в поликлинику, где я буду консультироваться с различными врачами. В двенадцать часов, у входа. Иван собрался уходить, но тут зазвонил телефон. Это оказался джентльмен из страховой компании, ему только что позвонили люди, нашедшие мои документы. Джентльмен их забрал и теперь горел желанием вернуть мне права, ПТС и страховой полис ОСАГО. Он был готов через тридцать минут приехать ко мне домой. В итоге Иван задержался еще на час, потому что опасался оставлять меня одну. Он уехал только в половине одиннадцатого, выразив надежду, что до завтрашнего утра со мной больше ничего не случится.

До следующего утра действительно ничего не произошло, и я даже наивно понадеялась, что все худшее уже позади. Людям свойственно ошибаться. Ровно в двенадцать я подъехала к поликлинике на Большой Пироговской, Ванька ждал меня на ступеньках у входа. Он ласково чмокнул меня в щеку, сунул в руку мобильник, заявив, что аккумулятор заряжен и что мне сегодня же надо восстановить сим-карту. Я торжественно поклялась, что обязательно заеду в центр обслуживания, и похвасталась собственной предусмотрительностью: пару месяцев назад я, сама не знаю зачем, сделала копию сим-карты для хранения данных в центральном офисе моего мобильного оператора. Если бы не это, большую часть нужных номеров сейчас было бы трудно восстановить.

Хваля себя за мудрость, я доехала до офиса. Не скажу, что путешествие было из приятных: сидеть на левой половине задницы было очень больно, поэтому на светофорах я слегка подтягивалась на руках, дабы дать отдых многострадальной «пятой точке». Закончив все дела с телефоном, я позвонила Ивану — сообщить, что все в порядке, я опять на связи.

— Будь осторожна! — напутствовал меня друг. — Ты когда к следователю собираешься?

Я ответила, что сегодня уж точно не пойду, но позвоню и попробую договориться на завтра. Переговорив с Иваном, я набралась мужества и позвонила Георгию.

— О, Анечка, — обрадовался он. — А я сегодня не смог тебе дозвониться. Ты отключала телефон?

Я вкратце сообщила о вчерашнем нападении. Георгий долго молчал, я даже начала думать, что связь прервалась, но тут он включился в разговор:

— Это я во всем виноват. Надо было плюнуть на все и тебя проводить. Ведь один раз на тебя уже покушались. В конце концов, если бы я приехал на полчаса позже, это бы погоды не сделало. Ты сейчас дома?

— Нет, еду по Третьему кольцу. Минут через тридцать буду дома. Я сейчас в районе Комсомольской.