— Ну, что я могу сказать, — подвел итоги Ванька. — Прекрасно, просто прекрасно… Совершенно очевидно, что мы идем в правильном направлении. Мы вышли на след убийцы, причем подобрались к нему очень близко.

Я напомнила, что мужиков было двое, и не думает ли Иван, что в Москве орудует шайка маньяков. Иван вполне резонно возразил, что о маньяках речь давно не идет. Совершенно очевидно, что, как мы и предполагали, убийца — кто-то из знакомых.

— Напряги память, — увещевал меня Иван, — кто из подозреваемых знает твой адрес?

Я задумалась, потом уверенно заявила:

— Этот знает, который Илья-2, с Белорусской. Он такси заказывал по телефону и спрашивал, в каком подъезде я живу. И тот, который с Марианной, Андрей… Тоже знает, они подвозили меня до дома и даже видели, что я живу на втором этаже.

Тут я вспомнила кое-что еще.

— Ваня, — мой голос сорвался, как у трагической актрисы, исполняющей роль Кручининой, — я знаю, чьих это рук дело. Но доказать это нам не удастся. Это Вячеслав, Женькин отец. Помнишь, Эльжи рассказала ему, где я живу? Из всех подозреваемых он — единственный, кто специально интересовался моим адресом. В остальных случаях это было просто стечение обстоятельств — именно в те разы я была без машины. Кроме того, у Андрея денег особых нет, у Ильи они, может, и есть, но не такие уж большие, чтобы нанять убийцу. А вот у Вячеслава финансовые возможности очень даже позволяют… Чтобы самому не пачкаться, а убрать меня чужими руками.

— Согласен, — кивнул Иван. — Но у остальных есть возможность убрать тебя своими собственными руками. И деньги не тратить, и удовольствие получить.

Иван отлепил все оставшиеся записочки с магнитной доски, оставив на ней только распечатанные фотографии Ильи и Андрея.

— Эх, жаль, Вячеслава нет, картина неполная получается.

Я молча взяла лист бумаги, написала на нем «Вячеслав» и повесила рядом с двумя другими кандидатами в преступники.

— Будет тебе фотография, — пообещала я Ивану. — Сегодня позвоню Георгию и попрошу у него. Он же на вечеринке снимал.

Ванька тем временем сел на диван, изобразив на лице усиленную работу мысли (выпученные глаза и нахмуренный лоб). Посидев так минут пять, он глубокомысленно произнес:

— Знаешь, если подумать хорошенько, то самый подозрительный — это Илья.

— Аргументируй, — потребовала я.

— Андрей тебя когда подвозил? Давно! Это первое. Думаешь, он полгода ждал, чтобы потом вдруг, от нечего делать, устроить засаду? Второе: совершенно не доказана его связь с Женькиным прошлым. Что остается? Твои голословные утверждения, что он похож на маньяка и пьет успокоительные таблетки… И все. Маловато для обвинения, не убеждает.

Иван еще немного подумал и добавил:

— К тому же ты вроде говорила, что он ногу ломал и был в гипсе в то время, когда убили Петра. Снимай-ка ты его фотографию. Скорее всего, он тут ни при чем.

Я даже не двинулась с места:

— Ты, Ваня, не берешь в расчет, что про сломанную ногу он рассказал мне по телефону. Я его в гипсе не видела, вычеркивать его рановато. Так что… Трое у нас подозреваемых, трое.

Ванька нетактично захихикал и продекламировал:

— Трех королей разгневал он, и было решено, что навсегда погибнет Джон Ячменное Зерно…

Это было так неожиданно и так нелепо, что я не выдержала и тоже захохотала в голос, чувствуя, как постепенно спадает нервное напряжение. Отсмеявшись, я зевнула. Иван тут же засобирался домой:

— Тебе надо поспать, Ань. Я поехал. Позвоню тебе вечерком, может, что надумаю….

Два дня никто из подозреваемых мальчиков не давал о себе знать. На третий день меня разбудил телефонный звонок. Спать хотелось так сильно, что я натянула одеяло на голову в надежде, что респондент устанет и отключится. Телефон замолк, но через мгновение зазвонил снова, тут до меня дошло, что звучит тема из сериала «Секс в большом городе», а стало быть, звонит Георгий. Три долгих дня я ждала этого звонка, а теперь прячусь под одеялом. Я резко вскочила, совершенно забыв, что в кровати у меня лежит занудная книга, используемая в качестве снотворного. Книга упала, я запуталась в одеяле, но все же успела поднять с пола телефон.

— Я не помешал? Может, ты занята, — поинтересовался мягкий и такой приятный голос.

— Нет, ничего… Молодец, что позвонил, — невнятно ответила я, пытаясь придумать тему для разговора.

Впрочем, темы были: вечеринка у Вячеслава, маленькое расследование, которое Георгий должен был провести, и вчерашнее происшествие. Другой вопрос, что разговаривать ни на одну из этих тем мне совершенно не хотелось. От досады я даже заскрипела зубами.

— Ты в порядке? — встревожился Георгий, и мне стало очень приятно от мысли, что он волнуется за меня.

— Можно сказать, что в порядке, — ответила я. — Но кое-что вчера произошло.

— Что?

— Ты разговаривал с Вячеславом?

— Практически нет. Я привез ему диск, он отдал мне деньги, поблагодарил, сказал, что в случае чего опять меня пригласит…

— И ты ничего не узнал? — невежливо перебила я.

— Извини, — Георгий вроде как смутился, — не удалось. Он был не расположен к беседе. Я к нему в офис заезжал, там вообще невозможно разговаривать. Без конца люди заглядывают, телефон звонит, секретарша шуршит. А что случилось-то?