Фил отвернулся от зеркала и в упор посмотрел на нее. То, что она представила всей команде составленный ею психологический портрет убийцы, похоже, придало Фионе дополнительной энергии. Задержание Энтони Хау на основании сказанного еще более укрепило ее в своей правоте. И Фил, соответственно, находил ее еще более несносной.

– Думаю, я уже знаю, что нужно сделать, – сказал он.

– Да, но…

Она подняла целую пачку бумаг.

Глаза Фила вспыхнули.

– Я в курсе, как проводить допрос. Благодарю вас.

Фенвик озабоченно посмотрел на него.

– Вы уверены, что хотите сделать это сами?

Фил почувствовал, как внутри у него начинает закипать злость. Фенвик был прав. Ему следовало сейчас быть дома. С Мариной. С Джозефиной. Со своей семьей. Но он был здесь. По-прежнему оставался на работе, чтобы допросить человека, подозреваемого в том, что он убийца и сексуальный садист.

– Я хочу сделать это, – твердо сказал он несколько громче, чем рассчитывал. – Давайте уже начинать.

– Начните сразу жестко, – сказала Фиона. – Это лучший способ, когда имеешь дело с таким социопатом.

Фил проигнорировал ее слова. Он и сам планировал это, но не хотел об этом говорить.

– Может быть, хотите взять наушник, чтобы мы могли общаться с вами отсюда? – спросил Фенвик.

Фил отрицательно мотнул головой и вышел из комнаты. Чтобы найти выход накопившейся в нем злости.

Фил вошел в комнату для допросов, кивнул стоявшему возле двери констеблю, сел напротив профессора университета и с каменным лицом уставился на него.

Энтони Хау поднял глаза.

– Я… я хочу знать, почему нахожусь здесь, – сказал Энтони Хау. – На каком основании.

– Как вы знаете, вас просто формально предупредили, но против вас никаких обвинений не выдвинуто.

– Хорошо.

– Пока что не выдвинуто.

По лицу Хау прокатилась новая волна страха.

– Позвольте, минуточку…

Фил, открывший папку, которую бросил перед собой на стол, и делавший вид, что читает что-то, поднял на него глаза.

– У вас была любовная связь с Сюзанной Перри.

Хау поднял руки, словно сдаваясь или моля о чем-то.

– Послушайте, я уже накануне объяснил вашему… другому детективу. У нас все закончено. Полностью.

– Тогда почему она звонила вам вчера?

Глаза Хау испуганно округлились.

– Я… я не знаю.

– Мы проверили телефонные разговоры Сюзанны Перри. Она звонила вам вчера во второй половине дня. Вы на звонок не ответили. Она послала вам сообщение.

– А… да… Но я не перезвонил ей.

– Верно. – Фил снова заглянул в свою папку. – В отношении вас проводилось расследование по факту того, что вы преследовали ее.

Хау с отчаянием подался вперед.

– Это не было доказано. И мне не предъявили никаких обвинений.

– Я считаю, что эти слова – последнее прибежище виновного. «Это не было доказано». Тот, кто произносит эту фразу, всегда думает, что вышел сухим из воды.

Хау судорожно сглотнул.

– А что, собственно… что такого произошло, о чем я должен знать?

Фил покачал головой, чувствуя, что манера говорить Хау окончательно выводит его из себя и злость внутри него уже начинает зашкаливать.

– Только не нужно притворяться, будто вы не знаете, что произошло. Об этом говорят в новостях, в интернете, везде. Сюзанна Перри пропала. Ее подруга Зоя Херриот мертва. Убита.

Рука Хау машинально дернулась к губам.

– О боже…

– Вот именно «о боже». – Фил откинулся назад и испытующе посмотрел на сидевшего напротив Энтони, который ерзал и потел на стуле. – Так где же она?

– Я… я этого не знаю…

– Ответ неправильный. – Голос Фила был напряженным, словно свернутая пружина. Сдерживаемая пружина. – Где она?

– Я не знаю!

Хау почти лег на стол, словно умоляя, чтобы ему верили.

Фил тоже подался вперед и буквально крикнул прямо в лицо Хау:

– Ответ неправильный! Где она?

Хау сжался и обхватил голову руками.

– Я не знаю…

Снова откинувшись на спинку стула, Фил внимательно смотрел на него. Либо Энтони Хау полностью невиновен и говорит чистую правду, либо, согласно психологическому портрету Фионы Уэлч, это хитрый социопат, который коварно скрывается за еще одной маской. И он не мог гадать на удачу.

Он сидел, скрестив руки на груди, и в упор смотрел на Хау, взгляд которого бегал по комнате, избегая встречи с глазами Фила.