Приближалось утро. Войдя в ангар, Дерюжка направился к костру у дальней стены, где спиной к нему сидел Голован. Справа от вожака были кучи мусора, слева грудой искореженного металла возвышался древний станок.

Услыхав шаги, атаман обернулся и быстро спрятал за пазуху какой-то сверток. В ангаре, кроме него и помощника, никого не было. Конь и Сера отогнали сендеры подальше от Аслановой балки, оставили в овраге за холмом и сейчас возвращались в поселок пешком. Гига дежурил на склоне, где росла старая липта. Оттуда хорошо просматривалась вся округа. В небе висела полная луна, равнина под холмами была как на ладони.

— Где Хлюп? — просипел атаман, следя за помощником.

— Поселок обходит. — Дерюжка остановился в двух шагах от костра. — Позвать?

— Не надо, — буркнул Голован и отвернулся. Положил ружье на колени, достал ветошь и принялся протирать прицел.

Дерюжка расценил действия атамана по-своему. Уверенно приблизился к огню, над которым висел котелок, вынул из-за голенища люминевую ложку, протянул руку, собираясь зачерпнуть похлебку. И наткнулся на холодный взгляд Голована.

— Молодой, я тебе что приказывал?

— Так я же… — Дерюжка замер, забыв о том, что собирался обсудить с атаманом.

— Чего?! — Голован двинул ружьем, направив его в голову помощника. Отдельные языки пламени, взлетая выше, касались вороненой стали, где виднелись нарезы, раскручивающие пулю, прежде чем та покинет длинноствол.

Дерюжка быстро заговорил:

— Я сверху проследил, чтобы Конь и Сера машины поставили где надо. Гига на холме дежурит, как ты велел, Хлюп ща явится. Я… я пришел ангар осмотреть. Повторно.

Пару мгновений Голован глядел на него не моргая, затем кивнул, подцепил стволом котелок с крюка на перекладине и поставил перед собой.

Медленно распрямившись, Дерюжка облегченно выдохнул. Еще чуть-чуть — и лежать ему под стеной, забрызганной кровью и его собственными мозгами. Вовремя он сообразил, что ответить, ведь на самом деле атаман поручал вместе с Хлюпом поселок обойти, дождаться перегонявших сендеры бандитов и только тогда явиться на доклад. Да, видно, позабыл. Он уставился Головану в грудь, где из-под куртки торчал краешек свертка. Интересно, чего у него в той тряпице завернуто? Не из-за этой ли штуки банда с кочевыми сцепилась и вынуждена была бежать?

Голован отложил ружье, вынул нож и, сунув его в котелок, начал помешивать вкусно пахнущее варево.

— Чего встал? — просипел он, не глядя на помощника.

Дерюжка встрепенулся, повертел головой и двинулся вдоль стены, делая вид, что внимательно осматривает усыпанный мусором пол. Голован приподнялся, ткнул ножом в гущу похлебки. Из-за пазухи у атамана вывалился тот самый увесистый сверток и упал возле котелка на тлеющую головешку.

— Некроз тебе в печень! — рявкнул Голован. Сверток быстро занялся.

Вожак бросил нож, схватил вспыхнувшую тряпицу руками и сразу выпустил, сдувая тлеющие ошметки с пальцев, затряс кистями. Что-то вытянутое и блестящее с хлюпом шмякнулось в котелок, расплескав кипящую похлебку.

— Да чтоб тебя мутафаги сожрали! — выругался Голован. — Молодой, иди сюда. Живей!

Дерюжка быстро оказался рядом, снова выхватил ложку и получил тяжелой ладонью по руке.

— Держи котелок, сам достану! — Атаман обжег его взглядом.

Натянув рукава на кисти, помощник обхватил посудину с почерневшими от сажи боками. Голован сунул в нее нож, подцепил на дне какой-то предмет.

— Отвернись!

Дерюжка дернул головой, но любопытство пересилило страх, и он скосил глаза на атамана. Ругаясь, тот выудил из похлебки статуэтку длиной в локоть, протер рукавом и только тогда поднял взгляд.

Молодой помощник уже глазел с безучастным видом в потолок, но перед этим он хорошо рассмотрел, что статуэтка была из чистого золота.

— Ладно, расслабься, — проворчал Голован. Пододвинул к себе походную суму и начал рыться в ней, придерживая другой рукой спрятанную за пазуху статуэтку. Выпрямился с новой тряпкой в руке, отошел к станку, не забыв прихватить с собой ружье. Сопя, повозился в сумраке, стоя вполоборота к Дерюжке, и наконец вернулся к костру. — Ну, Хлюп, значит, поселок обходит?

— Да, — сразу оживился Дерюжка. — А я вот решил ангар еще раз осмотреть. И…

Атаман спокойно смотрел на него, ожидая продолжения.

— Я спросить хотел: почему мы сендеры должны так далеко от балки поставить?

Голован опустился возле огня, но сел так, чтобы пламя отделяло его от помощника.

— У наемников в грузовике есть штуковина, которая железо видит.

— А что за штуковина? — Дерюжка нахмурился — ведь он сам когда-то разъезжал по Пустоши на таком грузовике.

— Мутафаг его знает. Видит, и всё. Об этом Штопс сообщил. — Атаман снова достал нож, опустил в похлебку и вынул с серым, разваренным куском мяса на конце. — Иди назад, отыщи Хлюпа. И чтобы завтра все по плану было, ничего не сорвалось. Скоро светать начнет, караван вот-вот подъедет. Вернутся Конь и Сера — пусть поедят и сменят Гигу на посту.