— Собрать факты. Это наверняка будет скучно, но я хочу иметь полную сводку о нападениях, которые происходили в зданиях с такими же мерами безопасности, как у нас. А если в каком-то здании их было несколько, то мне надо знать день и время, когда они происходили. В следующий раз, когда я пойду с ними разговаривать, я не допущу, чтобы от меня отмахнулись, как сегодня, — пообещала она, опускаясь на свое место. Перебирая записки о звонках в ее отсутствие, она уже знала, как будет действовать.

Спустя несколько дней со своего недолгого отдыха вернулся Джаред, и Алекс снова закрутила карусель коротких деловых поездок во всевозможные филиалы «Фернвуда». Она не стала ему ничего говорить о неудачном разговоре с бюджетным комитетом.

В четверг поздно вечером Джаред встал из-за стола и потянулся, разминая затекшие мышцы. Было уже больше девяти, и его тело напомнило ему, что напряженные дни дают себя знать. Решив, что полезнее всего было бы немного поплавать, он выключил настольную лампу и вышел из кабинета, направляясь к своему личному лифту.

Ему было не впервые вдруг решить поплавать в бассейне поздно вечером. Поскольку спортзал закрывался в восемь, Джаред был уверен в том, что никто ему не помешает.

Войдя в мужскую раздевалку, он с изумлением услышал громкий удар мяча по стене. Раздраженно нахмурившись, Джаред направился к столику, за которым обычно можно было найти управляющего спорткомплексом Макса — даже в такой поздний час.

— Макс, у кого хватило нахальства задержать вас так поздно? — возмущенно спросил он.

Лысоватый Макс, похожий на стареющего боксера, ухмыльнулся уверенности босса в том, что никто не осмелится на то, что сам он делает не задумываясь.

— Почему бы вам самому не посмотреть? — предложил он. — Третий корт.

— Посмотрю. — Мрачное лицо Джареда сулило пришельцу крупные неприятности. — Вам не следует ради кого-то задерживаться. Что до меня, то вы знаете, что я всегда за собой запираю.

— И корт три тоже, — сообщил Макс, по-прежнему отказываясь выдать имя припозднившегося теннисиста. — Просто иногда необходимо бывает избавиться от накопившейся досады.

Джаред прошел по балкону и заглянул на теннисный корт.

Он никогда не видел Алекс с такой прической — темная коса спускалась на спину, белоснежная повязка от пота пересекала лоб. Белые спортивные шорты открывали золотистые от загара ноги, розовая майка потемнела от пота. Он смотрел, как женщина с силой посылает мяч в стену, а потом оборачивается, чтобы поймать рикошет от противоположной стены. Ощутив на себе его взгляд, она подняла голову, чтобы посмотреть, кто пришел.

— Засиделись допоздна, мистер Темплтон? — спросила Алекс, утирая пот со лба.

Джаред с удовольствием смотрел на ее стройное тело: он впервые увидел женственные формы, которые днем обычно скрывались под деловыми костюмами.

— То же самое можно сказать и о вас, — парировал он. — Спортзал закрывается в восемь.

— А для меня делается исключение! — И она колко добавила: — Как и для вас. — Непочтительная улыбка принадлежала озорной девчонке, видимо, обычно спрятанной где-то в глубине ее души. — Который сейчас час?

— Десять минут десятого. Алекс поморщилась.

— Неудивительно, что я так вымоталась. Я пришла сюда около восьми.

— Почему бы вам не принять душ и не пойти со мной пообедать? — удивил себя Джаред импульсивным приглашением. — Зная вас, я не сомневаюсь, что вы целый день не ели.

Алекс была не меньше его удивлена неожиданным приглашением.

— Макс говорил, что вы иногда приходите сюда поплавать. — Она чуть наклонила голову, осматривая его фигуру в деловом костюме. — Разве вам это не было бы приятнее, чем вести в ресторан подчиненную?

Почему-то ему было неприятно считать ее одной из своих подчиненных. Но как иначе он мог бы ее назвать? Конечно, она не была ему другом. Она никого не подпускала к себе настолько близко. Если не считать Криса. С ним она определенно на дружеской ноге.

У Алекс предложение Джареда вызвало противоречивые чувства. Она не могла пожаловаться на свою работу: ей была предоставлена немалая свобода, если не считать последнего фиаско с Сент-Клером, и Алекс не собиралась ничего менять в служебных отношениях, сближаясь с шефом. Но в то же время ей хотелось есть — и ужасно противно было думать, что придется идти к себе домой и готовить что-то на ночь глядя.