Непорядок, — покачал головой Аркадий, — Непростительное упущение в нашу эпоху здоровой коммерции. Спрос есть, а предложения нет! А еще говорят: «время — деньги». Деньги у нас имеются. Выкладывайте же на прилавки время для художников!

— Да, неплохой бизнес мог бы быть, — поддержал разговор искусствовед Зубрин. — Это ведь не только для художников. Время всем нужно. Самый ходовой товар был бы. На каждом углу бы торговали. Прикиньте, ходили бы по улицам такие люди-бутерброды с плакатами: «Мир Времени в Сокольниках! Сезонные скидки! Ночью — дешевле!»

— Точно, Зубр! А в выходные пипл бы на оптовые рынки ездил затовариваться. Навалил времени полный багажник — на неделю хватит. На рынках-то оно дешевле.

— Это да, но там бы время было не того качества. Китайское. Без гарантии. Такое, знаете, которое кончается быстро. Да при этом еще генно-модифицированное.

— Китайское — это еще ладно. На рынках можно было бы вообще на паленое время нарваться — какое-нибудь кустарное-самодельное…

— А вот мне лично времени хватает! — заявил Аркадий, — Просто головой надо работать, а не руками. Тогда все будешь успевать.

— Тебе надо головой работать, это точно, — согласился Коля. — У тебя, Аркаша, других вариантов нет. Руки-то не из того места растут!

— Смейся, смейся! Смешно дураку… А я вчера такой заказ получил — мечта!

— Что, неужели дизайн мусорного бака?

— Ты, Коля, пиши свой арбузик, не отвлекайся. Я Зубру рассказывать буду. Так вот, Зубр, заказали мне оформление витрины магазина фирменной сантехники! И башляют нехило.

— Поздравляю, — ответил Зубрин. — В общем, Колина догадка оказалась не так далека от истины.

— Да идите вы, придурки… А я уже идею придумал! Композиция будет называться «Морские раковины».

— Сантехнические изделия среди водорослей из бумаги и кораллов из строительной пены?

— Э… Я что, уже рассказывал?

— Да нет. Догадался просто. А морские унитазы там будут? С большими жемчужинами из резиновых мячиков, покрытых перламутровой краской?

— Старичок, это гениально! Я твой должник!

— Разбогатеешь — машину мне купишь.

— Я тебе тоже идею подкину, — сказал Николай. — Витрина «Морские коньки». Товары для зимнего спорта среди рыб и медуз. Из строительной пены, разумеется. Разбогатеешь, купишь мне время.

— Кто о чем, а вшивый о бане! Куплю я тебе время, куплю. Когда оно в продажу поступит.

— Боюсь, не доживу я до тех счастливых дней. Сдохну от этой своей мазни круглосуточной.

— Ну, зачем так мрачно? — сказал Зубр, — Для того, чтобы время появилось на прилавках, люди всего лишь должны научиться его добывать.

— Это как, например?

— Ну, как нефть добывают.

— А. Ну да. Очень просто. В результате поисково-разведочного бурения на шельфах Каспийского моря обнаружены крупные месторождения времени. Устанавливаются времянные вышки. Российские времяники заступают на трудовую вахту. Строится времяпровод в Укарину и Белоруссию. На бирже стремительно растут акции компаний «Росвремя», «Сургутвремягаз» и… «Луктайм»!

— Ну а что. Может, когда-нибудь так и будет.

— Да, но для того, чтобы где-то под землей были залежи времени, оно там должно как-то образовываться…

— А нефть как образуется?

— Из останков живых существ и растений. Под давлением. И еще там какие-то бактерии в процессе участвуют…

— Все-то ты знаешь, Зубр! Искусствовед, книжный человек!

— Примерно так же и время там образуется, — задумчиво сказал Коля, — Как продукт химической переработки воспоминаний умерших людей и животных. И растений…

Под впечатлением от этой печальной поэтической мысли друзья немного помолчали. Николай продолжал работу над натюрмортом. Зубр достал из-за пазухи какой-то журнал и принялся его листать. Нарушил тишину Аркадий:

— Я смотрю, Коля, ты не такая уж унылая бездарность, какой обычно кажешься. Ну, то есть, унылая, но не бездарность. Так и фонтанируешь креативом сегодня! Я к тебе, пожалуй, буду в трудных случаях за идеями обращаться.

— Обращайся. Только идеи у меня унылые.

— Так у меня по дизайну заказов унылых тоже полно. Как раз для твоих идей. Что далеко ходить за примерами! Месяц уже почти бьюсь, не могу придумать: нужна оригинальная форма для молочных пакетов. Новый поставщик на рынок выходит. Хочет ярко выделиться на фоне остальных. Готов вложиться в производство пакетов усложненной формы. А я ее придумать не могу. Нет ли у тебя, Коля, какого-нибудь гениально унылого предложения?

— У меня есть гениально унылое предложение, — сказал Зубр, оторвав взгляд от журнала, — Пакеты должны быть в форме гробов. Концептуально получится: «гроб с молоком»!

— Ах ты, концептуалист наш ненаглядный! Ну-ка, дай-ка, дай сюда свой журнальчик. Что ты там так увлеченно читаешь? Ну, разумеется! Кто бы сомневался! Свой собственный очередной шедевральный опус! Коль, хочешь поржать? Сейчас я тебе вслух прочту… Так, о чем мы пишем на этот раз? Ага, выставка современного искусства в разрушенном токарном цеху завода «Знамя труда»…