– Думаешь, мы не будем мешать друг другу? – спросил Макс, нежно целуя ее в шейку.

– Ты мне точно не помешаешь.

Она поцеловала его. Нежность. Аромат майской ночи. Счастье. Влюбленность. Прикосновения. Прохладные простыни. Ветер. Сон.

Утро было прекрасным. Проснуться рядом с обнаженной женщиной, которая доверчиво прижалась к тебе во сне, – что может быть лучше? Макс открыл глаза и лежал, стараясь не шевелиться, чтобы не спугнуть чуткий утренний сон девушки. Но она все равно почувствовала, что Макс не спит, медленно открыла глаза и улыбнулась.

– Ты чего не спишь? – спросила она.

– Красивый рассвет. Любуюсь тобой и им, – ответил Макс.

– Сколько там времени? – спросила Маня.

– Около семи.

– В общем, конечно, пора уже вставать, – сказала Маня. – Но если ты еще немного меня погладишь, я встану совсем в другом настроении.

Макс начал нежно гладить ее бархатистую кожу. Маня сонно и нежно мурлыкала, подставляя под руки Макса разные части тела.

– Теперь уже точно пора, – сказала она. – Как жаль, что выходные кончились.

– У меня это были первые выходные за три года, – улыбнулся Макс.

– Обычно я работал все дни недели напролет.

– Бедненький. Ну я тебе много работать не дам. У нас с тобой слишком много разных дел, кроме твоей работы.

Манечка поцеловала Макса, села на кровати, потянулась сладко, встала и направилась в ванную. Макс полежал еще пару минут, а потом отправился варить кофе. Когда кофеварка многообещающе засопела, телефон Макса зазвонил. Это был Алекс.

– Привет, – сказал он. – Не спишь?

– Уже нет, – ответил Макс. – Как ты?

– Голова потрескивает, но в целом все хорошо. Я бы к вам пришел кофе пить, если не возражаете.

– Приходи, – согласился Алекс.

Маня появилась на пороге кухни в пушистом халатике.

– Кто это? – спросила она.

– Алекс. Хочет зайти кофе попить.

– Пусть обломится. Мне еще в порядок себя надо привести. Тут лишние зрители не нужны.

– Ладно, – согласился Макс. – Придет, я его обратно отправлю.

– Вот и хорошо. Может, я хочу голенькой с любимым мужчиной кофе попить. А тут вдруг Алекс.

– Да, не вписывается, – согласился Макс. – Но ты же взгляни на вещи и с другой стороны. Он может тебя на работу подвезти, например.

– Скажи еще, что в залитой кровью машине я буду смотреться просто неотразимо, – сказала Маня, нежно целуя его в губы. – Ты молодец, что кофе сварил. Я пошла одеваться, ладно?

– А я пока схожу к себе, зубы почищу, – сказал Макс. – А то ты такая чистенькая, что я чувствую себя неуютно.

– Ладненько, вот заодно с Алексом и позавтракаешь.

– А ты как же? – спросил он.

– Мы, девушки, по утрам разве что глоточек кофе употребляем, ибо боимся мы сильно потолстеть, – сказала Маня, ныряя в свой шкаф.

– У меня-то есть чем завтракать, в отличие от тебя, – сказал Макс. – Полный холодильник деликатесов.

– Это если их Алекс за ночь не оприходовал, – крикнула Манечка из комнаты.

– Думаю, не успел еще. Так что приходи, я тебя очень вкусным чаем напою перед работой, у меня еще есть фруктовое желе, кстати.

– Я подумаю, – сказала Манечка.

Макс вышел из ее квартиры, захлопнул дверь и, спускаясь по лестнице, встретил Алекса. Тот был небрит, под глазами синели круги, а с уха свешивался наполовину отклеившийся пластырь.

– Да тобой детей пугать можно! – сказал Макс.

– А я думал, ты меня кофе угостишь.

– У тебя пластырь с уха отклеился. Пойдем. Не будем мешать девушке приводить себя в порядок. Кофе попьем у меня.

– Я, может, как раз и хотел посмотреть, как девушка себя в порядок приводит, – проворчал Алекс. – Вчера утащили меня из клуба, когда я уже готов был пойти к девушкам.

Они вышли во двор.

– Мне надо побриться. Поэтому я к себе. Потом забросим Маню на работу?

– Конечно, забросим. Я взял выходной в связи с ухом. А у тебя что?

– У меня в двенадцать важная презентация. И поработать бы еще надо.

– Везет же вам, архитекторам. Не надо сидеть в офисе. И денег платят немеряно.

– Правда, есть и один минус: работать приходится до фига, – ответил Макс. – Ас появлением личной жизни рабочее время катастрофически уменьшается.

Они поднялись в квартиру Макса.

– Придется мне самому себе чайку-кофейку сварганить, – грустно сказал Алекс, направляясь на кухню.

Когда Макс, побритый, с мокрой головой вышел из ванной, он застал Алекса поедающим бутерброд с чаем.