У нее появилось ощущение, что сами по себе фотографии не дали ей никакой новой информации. Но то тепло, которое уже успело зародиться по отношению к Мигелю, получило некое подкрепление. Теперь симпатия к Мигелю была сконцентрирована на этих снимках.

С фотографий смотрел, неизменно улыбаясь или смеясь, смуглый, рослый и определенно привлекательный мужчина, в глазах которого читался темперамент и юмор.

Венди внимательно изучила лицо Мигеля. Широкоскулое, с прямым носом и высоким лбом, с мягко очерченными губами, оно дышало живостью и уверенностью. Карие глаза усмехались из-под широких черных бровей.

Наверное, эти брови были шелковистыми и к ним было бы приятно прикасаться. Эти мысли незаметно, словно сами по себе, вкрались в голову Венди и… остались там.

Она решительно выключила компьютер. Необходимо было отправляться спать. Не стоит забивать себе голову мыслями о жгучем и жизнелюбивом мачо из испанского города Малага.

Благие намерения у Венди плохо реализовывались в действительности. Закутываясь в хлопчатобумажные простыни, она снова представила себе темные глаза Мигеля. Теперь у предмета ее мыслей было не только имя, название его родного города, возраст, а также голос в телефоне и слова в сообщениях.

Теперь у Мигеля был облик. Темноволосый, загорелый, улыбающийся мужчина с открытым лицом, живость которого так замечательно подчеркивала свободная ярко-красная рубашка.

Полная противоположность Уильяму, сдержанному, немного холодноватому (по крайней мере, внешне). Уильяму, обладателю среднестатистических русых волос и обычных серых глаз вкупе со светлой, даже бледной кожей, прерогативой английских и шотландских аристократов.

М-да, похоже, я более чем далека от аристократии в каких бы то ни было ее проявлениях, подумала Венди, засыпая.

Итак, лед в отношениях Венди и Мигеля, который появился после того, как тот не явился на их первую встречу, а она не успела к назначенному времени на вторую, был явно сломан. Между ними возник живой и яркий интерес друг к другу. Обоим было недостаточно многочасовых телефонных переговоров, переписки через Интернет и интенсивного обмена мобильными сообщениями.

Первым недостаток межличностного общения не выдержал Мигель.

– Знаешь что, – предложил он, позвонив как-то вечером якобы для того, чтобы пожелать ей спокойной ночи. – Прилетай ко мне в гости?

У Венди ёкнуло сердце.

Ее интерес к Мигелю до сих пор не угас. С учетом импульсивности и ветрености Венди это было удивительно само по себе. Кроме того, из поклонников, что крутились сейчас подле нее, она не могла выделить ни одного мало-мальски интересного ей. Слабые попытки Уильяма вернуть все на круги своя только охлаждали готовность Венди начать какие-то новые, постоянные отношения.

– В гости? – осторожно спросила она. – Но… когда? И как? У меня очень много работы.

– Но ведь будет же у тебя когда-нибудь отпуск. Прилетай ко мне, лучшего места для отдыха ты не найдешь. У меня тут свой дом. Не самый большой, зато уютный и удобный. И вообще… Море, солнце, белый песок на пляже, фрукты. Что еще нужно для курортного счастья?

Курортный роман? – мысленно поинтересовалась у себя Венди.

И не нашлась, что ответить на это.

– Я подумаю над этим, Мигель, – согласилась она. – Спасибо тебе за предложение…

– Но ты не прилетишь? – вздохнул он.

– Понимаешь, я…

– Знаю. Ты чего-то боишься.

– Я не боюсь, – с досадой произнесла она. – Но пойми, мы же практически незнакомы! Лететь в чужую страну в гости к незнакомцу…

– Не думал, что ты до сих пор воспринимаешь меня так, Венди. Незнакомец…

– Пожалуйста, только не обижайся.

– Это все потому, что мы не встретились тогда в ресторане. Если бы я успел приехать с совещания, мы бы уже были знакомы лично.

– Да, – вздохнула Венди, – а вторую встречу сорвала я…

Вернее, Уильям. Мой бывший муж, конечно, и не подозревал о том, что происходит. Но, думаю, он был бы в глубине души доволен, что у меня не состоялась запланированная дружеская встреча. Которая, может, и не дружеская вовсе. Может, это было бы самое настоящее свидание? Да, тогда это мало походило бы на курортный роман. И почему я так сторонюсь этих самых штампов? Какая досада. Многие девчонки куда смелее меня. Едут куда-то, с кем-то знакомятся, ни о чем не думают и без оглядки бросаются в омут с головой.

– Может, все-таки приедешь? Подумай.

– Не знаю, – вздохнула Венди. – Вообще-то надо работать.

– Работать?

– Ну да. Надо же как-то заработать на отпуск. Мне не по карману вот так вот запросто сорваться и уехать на несколько недель в страну, где проживание на курорте стоит недешево.

– О деньгах не беспокойся, – беспечно заявил Мигель.

– Что значит – не беспокойся? Как я могу о них не беспокоиться?

– Я оплачу твою поездку.

– Это неожиданно, конечно. Думаю, что нет. Я так не могу. Спасибо, но я так не могу, Мигель.