Из концертного зала Музыкального Клуба доносились звуки рояля. Антон подошел поближе, к самой двери, и прислушался. Музыка очень знакомая, только что это – сейчас не вспомнить… Бах? Может быть. Заключительный аккорд прелюдии сменился танцевальной одноголосной темой, которую тут же подхватил второй голос, и третий… Ну конечно, это Бах, какая-то из 24-х Прелюдий и Фуг. «Музыкальная школа не прошла совсем уж мимо», – с гордостью подумал Антон.

Терпеливо дождавшись последнего звука произведения, которое Катя готовила к конкурсу, мальчишка хотел войти в зал, но что-то остановило его – девочка начала наигрывать какую-то популярную песенку из детского мультфильма и негромко напевать. Постепенно она распевалась все больше и больше, и уже следующую песню исполняла полным звуком. Кате никто не мешал, она чувствовала себя раскрепощенной и свободной, будучи уверена, что ее никто не слышит.

Антон, имевший достаточно солидный для его возраста опыт практикующего музыканта и слышавший не одну хорошую солистку, был покорен удивительной красотой и звонкостью Катиного голоса. Девочка пела умело, как профессиональная певица, но в то же время и не задумываясь над тем, как взять следующую ноту, чисто интуитивно и непосредственно, что придавало исполнению оттенок чистоты и истинности.

– Я и не знал, что у тебя такой потрясающий голос! – восторженное восклицание вырвалось само собой.

Катя вздрогнула и резко встала, в сопровождении грохота упавшей крышки рояля.

– Ты зачем подслушивал? – в голосе и во взгляде девочки явно просвечивался упрек.

– Я случайно шел мимо и услышал звуки рояля, я вспомнил, что в это время обычно ты занимаешься в этом зале. Вот я и захотел увидеть тебя и напомнить о том, что репетиция сегодня начнется не в пять часов, как всегда, а в шесть, – объяснил Антон и вошел в зал.

– Я помню, спасибо, – Катя уже взяла себя в руки, но голосок все еще дрожал от смущения.

– Ты действительно очень хорошо поешь, – продолжал Антон. – Почему ты так стесняешься и зарываешь в землю свой вокальный талант? Тебе обязательно нужно попробовать себя на сцене в качестве солистки!

– Да что ты, какой там талант, – отмахнулась Катя. – Я пою ничуть не лучше других. Но на сцену меня и в самом деле тянет, – наверное, по генам передалось.

– У тебя кто-то в семье связан со сценой? – заинтересованно спросил Антон.

– Да, мама – театральная актриса. Говорят, она хорошо играет. Ей постоянно поручают главные или самые интересные роли, поэтому она все время на репетициях, а дома ее практически нет, что очень мешает нашему с ней общению. И часто бывает, что что-то происходит, а посоветоваться не с кем… Ой, – спохватилась девочка, – что-то я разоткровенничалась не к месту! Кстати, я уже закончила заниматься, поэтому мы можем пойти на пляж, например, или еще куда-нибудь.

– Пойдем посидим в том кафе, которое находится на скалистом выступе, нависающем над берегом. Ты была там? – Оттуда открывается чудный вид на море и пляж!

Вид и в самом деле был чудный. Ребята выбрали крайний столик, чтобы ничто не мешало обозрению. Морская сине-зеленая гладь простиралась в далекую даль, местами принимая то более темный, насыщенный цвет, то растворяясь до полупрозрачного легкого оттенка, плавно переходя на горизонте в ультрамариновую высь безоблачного неба.

Море возле берега, казалось, было переполнено купающимися людьми. А вдали оно было украшено разнообразием маленьких цветных пятнышек или белых точек всевозможных парусников – виндсерферов, швертов, яхт, парусных суденышек и больших великолепных лайнеров.

– Смотри, – Катя вскочила с места и вытянула руку в сторону моря. – Смотри, по-моему, это наши ребята катаются на своих парусных досках! Или я ошибаюсь?

– Да нет, это действительно занятия Клуба Виндсерфингистов, – подтвердил Антон. – Они в это время всегда выходят в море.

– С этого расстояния, если внимательно присмотреться, можно узнать моих друзей! – воскликнула девочка и подбежала к самому краю скалистой платформы.

– Осторожней, не свались оттуда! – Антон подошел к ней и взял ее тоненькую руку в свою.

– Видишь вон тот белый парус с широкими красными полосами? Это, по-моему, Илья. Да, точно, это его рыжая шевелюра. А тот, желтый с синим, это Игорь. Они с Ильей не уступают друг другу ни в чем!

– Да, молодцы, так быстро научились управляться с этими штуками!

– А там, смотри, – Рита. У нее разноцветный парус, самый яркий и веселый из всех. Это на нее так похоже! Она любит во всем находить крайности и выбирает только их. Ни о какой золотой середине и речи быть не может. Истинная экстремалка! Мне кажется, я даже отсюда слышу ее задорный смех!

Рита смеялась, как сумашедшая. Еще бы! Она только вошла в раж, поймала кайф этого непередаваемого ощущения полета, легкого и стремительного скольжения по волнам! Подумать только, Катя и Костя отказались от этого, хоть и непростого, но стоящего приложенных усилий увлечения! Сами того не зная, променяли свое счастье на какие-то обыденные занятия: можно подумать, они дома от этого не устали!

– Осторожней! – прокричала она, заметив направленный в ее сторону парус. – Смотри, куда едешь!