Народ пьянел от свободы и потихоньку дичал, облака закрыли солнце, люди кочевали от митингов к очередям, но появились ночные магазины, где круглые сутки продавали всё, что хочешь с наценкой.

Появились видео-салоны. Там смотрели мы культовые фильмы, которые скрывали от народа и смотрели на закрытых показах прежние властители. Почему-то ужастики вроде «Пятница, 13-е», «Восставшие из ада» в клюквенном сиропе или «Крестный отец» с ватой под губами - вызывали у меня лишь гомерический хохот. С благодарностью вспоминал сообщение Сочинской тети Гали о том, что в кино всё не на самом деле, а только актерская игра. Но вот мультфильмы «Том и Джерри» повергали в тоску - если детей пичкать этими веселыми, но агрессивными приключениями, вряд ли они вырастут добрыми людьми.

Мы в 1990-м не успели из отпуска на «Десант в гнездо гласности» в Лужники, где «высадились» Ozzy, Scorpions, Bon Jovi, Skid Row, Cinderella, Motley Crue, Gorky park. Мы пропустили шоу Уотерса на обломках Берлинской стены, в котором приняли участие «Пинк флойд», Брайн Адамс, Синди Лаупер, Шинед О’Коннор, “Scorpions”, Берлинский филармонический оркестр, Хор берлинского радио, и даже Военный оркестр Советской Армии. Посмотрели мы это супер-шоу ночью по телевизору.

Но уж после победы над ГКЧП в 1991-м не попасть на «Монстров рока» мы не посмели.

Приехали мы в Тушино после полудня во время «разогрева» публики малоизвестными тогда группами «Pantera» и «The Black Crowes». Толпа народа численностью около миллиона человек почти до краев заполнила летное поле и напоминала бурлящее море, разбитое на сектора цепями милиции и солдат в касках. От нас до сцены было метров триста, но перед нами стояли две стены метров десять высотой: одна телевизионная, показывающая солистов крупным планом, вторая - из черных динамиков. Сила звука была такой, что даже бывалые любители рок-музыки иногда закрывали уши, а некоторые девушки даже падали в обморок. Разгорячилась не только молодежь, но и охрана. Тут и там вспыхивали драки, мелькали резиновые дубинки, выезжали на поле милицейские машины и даже БТР, над нашими головами барражировали вертолеты.

У нас «на галёрке», нравы были посвободней. Милиции поблизости не было, поэтому жгли костры, танцевали, пили водку, обнажали торсы и махали майками, как солисты на сцене. В основном, ребята вокруг нас вели себя хоть шумно и энергично, хоть и были мокрыми от пота, но держали себя в рамках. А вот чуть дальше, метрах в пятидесяти, обосновались полные уроды. Они ревели матом, корчили страшные рожи, бросали бутылки и горящие поленья из костра вперед, где плотной массой качались волны из голов. Среди нас появлялись раненные с окровавленными головами, их уводили под руки - кого к машинам «скорой помощи», кого домой.

После столь профессионального «разогрева», казалось, нас уже ничем не удивить. Но, как на сцену выбежала четверка «Метаllica», как с первыми громовыми аккордами на сцене взорвался фейерверк - это всех ошеломило. От взрыва я почувствовал удар звуковой волны по голове и груди, уши заложило. Впрочем, гитары Джеймса Хэтфилда и Кирка Хэммета ревели ненамного слабей взрыва на сцене. Скорей, все дальнейшее выступление можно было бы сравнить с одним затяжным взрывом. После первой контузии с большим трудом узнал, что же такое поют волосатые парни в черном - это оказалась знаменитая песня.

«Enter Sandman» «Песочный человек»

Say your prayers little one Ты молись, сынок, молись

Don't forget, my son За людей всей земли,

To include everyone Только не молчи, малыш,

Tuck you in, warm within Грех по ветру развей,

Keep you free from sin Вот уже стучится в дверь

Till the sandman he comes Твой песочный человек.

Sleep with one eye open Спи в полглаза, милый,