Шрифт:
– Я уже видел сводку МВД, – ответил полковник.
– Значит, вам позвонил сам Шубарин? – заинтересованно спросил прокурор, сразу почувствовав, что появился реальный шанс на встречу, без всяких ухищрений.
– Нет, – ответил гость растерянному хозяину кабинета, но, желая быстрее ввести того в курс дела, продолжал: – Я узнал по своим каналам. Среди ночи меня поднял из постели неожиданный звонок. Звонил один из моих важных осведомителей из уголовной среды, просил срочно встретиться. По тону я понял: случилось что-то чрезвычайное. Это человек далеко не сентиментальный и не путает угрозыск с собесом. Он звонил из автомата на углу, так что я спустился вниз в пижаме. Человек спросил – смотрел ли я вчера по телевизору передачу из ресторана «Лидо»? Получив утвердительный ответ, он полюбопытствовал, понравился ли мне американец, очень смахивающий на грузина. Я ответил: побольше бы нам таких гостей, одним росчерком пера вкладывающих в Узбекистан почти полмиллиона долларов. Тогда он огорошил меня сразу – этого человека через час после интервью, в разгар торжества, выкрали. «Откуда тебе известно?» – спросил я, понимая, что сегодня мне в постель уже не вернуться. Он сказал, что в тот вечер играл в карты в одном катране и уже через час после происшествия туда ввалились Коста с Кареном, люди Шубарина, а на улице остались еще две «Тойоты», сопровождающие их, битком набитые парнями. Они долго трясли тех, кто мог прояснить ситуацию. Только за наколку, любой след предлагали сразу двести тысяч. По словам ночного гостя я почувствовал, что парни Шубарина жестко прочесали город. Я попросил держать меня в курсе дел и не обольщаться в случае удачи двухсоттысячным гонораром и поставить в известность меня прежде Шубарина, а сам кинулся домой, к телефону. Но куда бы я ни звонил: в дежурную часть города, МВД республики, дежурному вашей Прокуратуры, КГБ – данных о том, что похитили гостя Шубарина, не было, хотя, конечно, я в лоб и не спрашивал.
Затем я поднял всех осведомителей, даже тех, к кому не обращался уже года три, но никто из них не ведал о случившемся в «Лидо». По моей просьбе они сейчас рыщут по всему городу, как и люди Шубарина. Вызвав машину, я отправился в махаллю, где проживает Шубарин. Оставив «джип» на соседней улице, я прошел к его особняку. Все два этажа его дома, несмотря на глубокую ночь, сияли огнями, но это горели не огни праздника, а огни тревоги, судя по хлопающим дверям подъезжавших и отъезжавших автомобилей. По обрывкам доносившихся разговоров, приказов, раздававшихся с крыльца, я понял, что Гвидо Лежава, американец, действительно пропал, и предпринимаются отчаянные попытки отыскать его. Утром я получил сообщение, что Шубарин уже пообещал пятьсот тысяч за информацию о месте нахождения своего друга.
– Как вы думаете, почему Артур Александрович не обратился в милицию, в КГБ, ведь пропал иностранный гражданин? К тому же я знаю, что и руководство республики, и правительство относятся вполне доброжелательно к банку. Записка Шубарина в Верховный Совет об экономическом положении Узбекистана и путях его развития при переходе к рыночной экономике была размножена и роздана депутатам, а позже подробно обсуждалась на сессии… Так почему ему надо скрывать случившееся, пытаться самому отыскать этого грузина-американца? – спросил Камалов, по привычке включая диктофон. Дело действительно оказалось серьезным, неотлагательным.
– На презентацию прибыло много гостей из-за рубежа, некоторые из них готовы вложить деньги в Узбекистан, и похищение человека, купившего акций почти на полмиллиона долларов на презентации банка, конечно, отпугнет всех, это зловещий символ. Обратись он в органы за помощью, это сразу станет известно прессе, ныне она падка на сенсации. Тогда сразу станет ясно, что мафия, уголовный мир положили глаз на детище Шубарина. Кто же станет вкладывать деньги в такой банк, иметь с ним дело? Тут надежность, репутация, гарантии – прежде всего.
– Резонно. Вполне резонно, – ответил задумчиво прокурор и продолжал: – А почему Шубарину нанесли удар именно в день презентации, или это вышло случайно?
– Знать точный ответ на этот вопрос – значит прояснить многое. Если не случайно, то существуют силы, которые уже вначале не поладили с Шубариным. Кому-то не по душе его размах, выход на Германию, – то ли отвечал, то ли размышлял вслух Эркин Джураевич, и вдруг он сам спросил прокурора: – А может, у Шубарина есть еще какой-то известный нам резон не ставить органы в известность о похищении гостя, а действовать самому? Подумайте, Хуршид Азизович, ведь, судя по вашей папке, которую я видел в больнице, вы о нем знаете куда больше меня…
– Да, я собрал большой материал на Японца, противоречивая фигура, во многом даже симпатичная. Одна дружба его с покойным прокурором Азлархановым о многом говорит. Не скрою от вас, я очень ждал его возвращения из Мюнхена, готовился к встрече. Мне не нравится его дружба с Сенатором и Миршабом, я хочу вбить между ними клин. И кажется, нашел весомый аргумент. Я проанализировал докторскую диссертацию Сенатора, давшую ему невероятную популярность, и смею утверждать, что это опубликованные и неопубликованные труды вашего друга прокурора Азларханова. Я собрал по крупицам работы Амирхана Даутовича, и любая официальная экспертиза подтвердит это.
– Тогда не Сенатор ли стоит за убийством прокурора Азларханова? – встрепенулся начальник уголовного розыска, столько лет мучившийся тайной смерти своего друга.
– Но это для начала мы предоставим выяснить Артуру Александровичу. Не завидую я теперь ни Сенатору, ни Миршабу, – спокойно продолжал прокурор. – А сегодня нам и по долгу, и по службе, и по-человечески надо помочь Шубарину. Пропажа гражданина США может стать проблемой государственной. Но мне кажется, теперь я знаю, откуда начинать, только, пожалуйста, не удивляйтесь, должна же хоть иногда фортуна улыбаться и нам, мусорщикам, когда кругом пьют шампанское…
Хуршид Азизович, улыбаясь, достал знакомый полковнику альбом с фотографиями особо опасных преступников в республике, который тот сам некогда подарил предыдущему прокурору. Отыскав страницу, на которой красовался Талиб Султанов с краткими данными о нем, прокурор передал альбом Джураеву со словами:
– А этот молодой человек вам хорошо знаком?
Еще не успев глянуть, полковник пошутил:
– Они тут все мне как родные, это же я с любовью собрал сей трогательный голубой альбом и подарил вашему предшественнику. Чтобы не расслаблялся ни на минуту, зная, что в нашем крае воров-»авторитетов» чуть меньше, чем в огромной России, а значит, удельный вес наших представителей в «воровском парламенте» – а он существует и работает куда эффективнее государственного – огромный…