Шрифт:
Си-эр. Один раз, двадцать пятого, приходил Му Жэнь-чжи.
Ян Бай-лао(удивленно). Что? Один раз? (Тревожно.) Что же он сказал?
Си-эр. Ничего не сказал… Увидел, что тебя нет дома, и ушел.
Ян Бай-лао. А потом он еще приходил?
Си-эр. Нет, больше не приходил.
Ян Бай-лао. Ты не шутишь?
Си-эр. Правда, папа!
Ян Бай-лао(все еще не веря). Так ли это, девочка?
Си-эр. Разве я буду тебя обманывать, папа?
Слышно, как воет ветер.
Ян Бай-лао(успокоившись, закуривает трубку). Ну вот и ладно. Опять удалось ускользнуть от уплаты долгов [7] .
Си-эр(радостно). Вот и хорошо, папа!
7
По китайскому обычаю в канун Нового года долги можно требовать только до двенадцати часов. После того как новый год наступил, нельзя беспокоить должника в течение месяца. — Прим. перев.
Ян Бай-лао. Подбрось-ка дров, я погреюсь немного. (Осмотрелся по сторонам, увидел хворост.) Как ты в такой холод собирала хворост?
Си-эр. Я ходила в горы с братцем Да-чунем. (Подкладывает дров в очаг.) Ты, наверное, голоден, папа?
Ян Бай-лао(греется у огня). Да, я проголодался. Ох, как я голоден!
Си-эр. Я замесила тесто, сейчас испеку пампушки.
Ян Бай-лао. Погоди, Си-эр! Посмотри-ка, что я принес! (Вытаскивает из-за пазухи кулек.)
Си-эр(берет у него кулек, радостно). Что это, папа?
Ян Бай-лао. Целых два цзиня муки! А вот и еще кое-что!
Ян Бай-лао вытаскивает из-за пазухи маленький бумажный сверток. Медленно разворачивает несколько оберток и наконец достает красный шелковый шнурок для косы. Поет:
Люди дарят цветы дочерям, Но где мне на это денег найти? Купил я только два чи [8] шнурка, Чтоб ты его в косу могла вплести.Си-эр опускается на колени. Ян Бай-лао завязывает ей косу шнурком.
Си-эр (поет).
Люди дарят цветы дочерям, Но денег на это отец не нашел. Он смог только красный шнурок купить, Шнурком этим косу мою заплел. (Встает.)8
Чи — мера длины, равная 32 сантиметрам.
Ян Бай-лао(смеется). Ну-ка, повернись, дай погляжу! (Си-эр поворачивается.) Хорошо! Вот теперь позовем братца Да-чуня и тетушку Ван. Пусть придут и полюбуются.
Си-эр смущается и кокетливо отворачивается. К дому подходит соседка, тетушка Ван.
Тетушка Ван. Сегодня Да-чунь на базаре купил два цзиня муки. Сейчас узнаю, вернулся ли дядя Ян Бай-лао. Если вернулся, позову их обоих, отца и дочку, на пельмени. (Смотрит на дом.) О! Дядя Ян Бай-лао наверняка вернулся! Смотрите-ка, на дверях — бог очага. (Стучит в дверь.) Си-эр! Открой!
Си-эр. Кто там?
Тетушка Ван. Твоя тетушка!
Си-эр открывает дверь. Тетушка Ван входит в дом.
Си-эр. Тетя, отец вернулся!
Тетушка Ван. Когда же ты вернулся, дядя Ян?
Ян Бай-лао. Да только что… Едва успел трубку выкурить.
Си-эр. Тетя! Отец купил два цзиня муки. Я хотела позвать вас делать пельмени, а вы и сами пришли. (Показывает заплетенную косу.) Посмотрите, посмотрите!
Тетушка Ван. Ах, ты, моя милая! Твой братец Да-чунь тоже купил два цзиня муки да еще рис обменял на кусок мяса. Вот я и пришла звать тебя с отцом на пельмени.
Си-эр. Тетя! Давайте стряпать пельмени у нас.
Тетушка Ван. Нет, пойдемте ко мне.
Си-эр. Нет, лучше здесь. Ладно, тетя?
Ян Бай-лао. Стряпайте здесь.
Тетушка Ван. Ну, ладно, пусть будет по-вашему. Какие вы оба упрямые. (Тихо говорит Ян Бай-лао.) Посмотри-ка, дядя Ян, вот и еще год прошел. Си-эр и Да-чунь стали старше еще на год. Скоро пора их женить. Я все жду, когда ты скажешь свое слово.