Теперь с бабками можно было не аккуратничать. Для стволов еще три сотни патронов и можно себе позволить такую роскошь как не вынужденную стрельбу ради самозащиты. Первую подстрелил я, метров с десяти, вторую положил дядя Коля, как только вышел из двери. Третья еще успела сделать несколько шагов в нашу сторону, пока мы с дядей Колей обменялись серией взглядов, кому застрелить последнего зомби. Пришлось мне. Подпустив его чуть ближе, я аккуратно вздохнул, задержал дыхание и всадил мертвецу заряд дроби точно между глаз. Нелепо взмахнув руками, зомби упал на спину.

– Неплохо, - одобрил охотник, дозаряжая свое оружие.

Я на него посмотрел и понял, что у меня ровно столько патронов, сколько есть в обойме. С досады плюнув, я уже собирался было вернуться, но дядя

Егор, протянул мне небольшой пакетик с патронами. Сразу не успел отдать, говорит, совсем сбил с толку своим противогазом. А то ведь в самый неподходящий момент кончатся. Я согласился и забрал патроны, рассовав их по карманам разгрузника. Два патрона тут же засунул в обойму СКС, под завязку.

– Сейчас к гаражам, через два дома, - сказал дядя Коля, указывая пальцем на другой выезд из двора.

– Не через площадь? – спросил я, внутренне радуясь своему предположению.

– Нет.

– Отлично. Тогда я сейчас к своим загляну и еще одного мужичка забрать надо.

– Это какого же? Кто еще тут живой остался?

Я пожал плечами. Понятия не имел, как его звали.

Сергей с дядей Колей остались стоять у автобуса. Хотели было сразу перетаскать сюда все нужное из квартиры нашего охотника, но мне удалось их от этого уговорить. Сейчас маловероятно, что кто-то туда залезет, а если даже такое и случится, то во дворе человек с несколькими большими рюкзаками будет очень хорошо выделяться. А рисковать, бегать через весь двор, когда из-за любого угла может вылезть мертвяк, совершенно не стоило. Сейчас мы полностью контролировали этот небольшой участок между домами. Это доказали три мертвяка, вылезшие со стороны площади Победы.

Дядя Коля сразу же положил их, воспользовавшись оптикой.

Последний дробовик мы отдали Артему, чтобы прикрывал остальных, пока мы не вернемся. Ему же оставили и две рации. Себе одну оставили, для связи.

Егор обрадовался рациям не меньше моего. Теперь хотя бы будем знать, что с кем происходит. Пока они там разбирались, я еще успел сбегать за тем мужиком, что очень боялся выходить на улицу. Усатый, немного толстый и с лысиной вместо шевелюры, он с радостью впустил меня к себе в квартиру.

Совершенно растерялся в происходящем и уже почти ничего не соображал.

Даже не переоделся, так и оставался в своей обычной домашней одеждой.

Пришлось входить в его положение и помогать. Наверное, все происходящее из окна видел, или по радио. Оно, кстати, громко работало, на всю квартиру. Я прислушался, пока он собирал необходимые вещи.

Говорил кто-то с не очень хорошей дикцией, поэтому приходилось вслушиваться, и информация воспринималась как-то кусками. Хотя сейчас не до хороших дикторов. Пусть хоть задницей, но хоть так информацию передают. Лениво прислонившись к косяку, я решил послушать, что же тут расскажут.

Говорилось о мертвяках. Вся та сумбурная и отрывочная информация, собранная за эти двое суток на личном опыте, теперь ее пытались собрать во что-то единое целое и подходящее для анализа их возможностей. Они медлительны плохо ходят, совершенно не умеют бегать, зато очень быстро поворачиваются, так, что даже могут сломать себе ребра. Зато могут стонать и хрипеть. Ориентируются на слух, чем звук сильнее, тем больше их прибежит. Кроме того, у них есть что-то вроде позывных сигналов, при любой активной реакции на окружающую среду, мертвяк начинает подвывать, на что реагируют остальные, собираясь подчас в огромные толпы. Никакие физические травмы или даже разрушения, все это никак не влияет на их активность или голод. Зато с помощью определенных повреждений их можно замедлить. При сломанном позвоночнике мертвяк лишается возможности двигать ногами. Он падает, и уже подняться у него не получается. Так же можно повредить ему колени, тогда он будет падать на каждом шагу, хотя точно так же и будет пытаться встать. Повреждения в живот и грудь ему совершенно не мешают, могут только его свалить, но потом он все равно поднимется. Отсюда делались несколько вполне логичных выводов, которые и так каждый мог сделать. Категорически не рекомендовалось шуметь, только если вы их специально не зазываете. Если нет огнестрельного оружия, то лучше вообще не драться с ними, потому что в таком случае вас могут окружить. Любой их укус заразен, не стоит драться с ними голыми руками.

Не пользоваться водопроводной водой, в ней так же уже обнаружена зараза.

Не стоит пробиваться по одиночке, гораздо легче небольшими подвижными группами.

А потом пошла информация, ставшая для меня большой новостью. Одна из военных «колонн прорыва» добралась до пункта назначения и в данный момент разбивает временную базу для эвакуации. Всем, кто может до туда добраться, будет оказана всевозможная поддержка и помощь. Кому некуда уходить, могут присоединиться к военным, для этого пока есть возможность. Добровольцам будет выдана форма, оружие и небольшой запас провианта. Вновь повторяется адрес базы – торговый центр

«Александровский». Окружающие его многоэтажки еще не до конца зачищены, но проход между ними уже вполне безопасны, кроме того, проходы охраняются вооруженными разъездами на бронетехнике.

Военные принялись за дело, это очень радует. Остается еще надеяться, что они возьмут под контроль и радиостанцию, помогут тем людям, что в свое время помогли нам. Им и так тяжко пришлось. И сугубо прагматическая причина – если сможем туда вернуться, то там будет вполне укрепленная база, а не укрепление, защищенное почти безоружными, перепуганными людьми.