– И что предлагаешь?
– уточнил Макс, вставая рядом со мной.

– Как только вернемся домой, пойду на поклон к Царице. Пусть расспросит богов об этом Храме. Но никакими картами мы больше пользоваться не будем!
– тут же сказала я, заметив, что отец что-то хочет сказать.
– И вообще, Рион, где ты её взял?

Отец тяжело вздохнул:

– Из личного пространства. Марианна когда-то сделала так, что на ней отображается местонахождение Храма. Понятия имею, почему в этот раз она подвела.

Так, не поняла юмора. Мама карту зачаровать самостоятельно не могла, значит, попросила богов. Но тогда почему карта нас так подставила?

– А раньше она работала исправно?
– через мгновение спросила я.

– Я использовал её только один раз и она не подвела.

– А зачем вообще тебе нужна была эта карта?

– В Храме Богов я спрятал одну вещицу, которая может в ближайшее время пригодится, - увильнул от прямого ответа Рион, задумчиво изучая потолок храма. Лично я кроме пары трещин ничего интересного там не вижу.

– С чего такая уверенность и что за вещь?
– скептически уточнила я.

– Уверенность - наше семейное чутье. А что за вещь, ты можешь и сама догадаться.

Вот только загадок мне сейчас не хватало для полного счастья! И так своих хватает. Поменяться, что ли, загадками? Я буду угадывать, что за вещь отец отдал богам на сохранение, а Рион - кто натравил на нас Вольфа.

– Ладно, поживу - увижу, - махнула я рукой, попросив Ника открыть телепорт домой, - Но я все равно не понимаю, почему ты не хочешь об этом говорить.

– Такую плату боги потребовали за хранение этой вещь, - пожал плечами отец, - Зачем, можешь у них спросить.

Спрошу. Если голова не будет другим занята.

****

Сразу после возвращения я отобрала у отца кусок бумаги, из-за которого мы попали в такой переплет, и отправилась к маме, чтобы она проверила, та это карта или нет. Результат сканирования поставил меня в тупик.

– Карту кто-то заменил, - решительно сказала Марианна, открывая глаза.

– Как это возможно, если она все время была в личном пространстве Риона?
– с трудом выговорила я, когда ко мне вернулся дар речи.

До этого дня я (как и все маги нашего мира) искренне считала, что попасть в личное пространство другого человека или долгожителя НЕВОЗМОЖНО. Даже очень сильным магам это не под силу. Правда, есть догадки, будто боги при желании могут такое проделывать с простыми людьми и нелюдями, но Хашнери уверяла, что они этого никогда не делают. Да и смыла в этом ни она, ни другие боги не видели.

А теперь оказывается, что кто-то запросто может проникнуть в личное пространство оборотня и подменить веешь, которая там находится. Бред.

– Откуда я знаю, - пожала плечами мама, отдавая мне карту, - Но это не та карта, которую я потребовала у богов, когда Риону понадобилось что-то спрятать в их Храме.

Чудесно.

****

В столичный храм богов я наведалась в тот же вечер. Регенерация уже почти сделала свое дело, из стороны в сторону меня больше не мотало, от раны остался только белесый шрам, который должен был рассосаться в самое ближайшее время. Так что слово, данное целителю, я сдержала (почти весь день, пока не очухалась от раны, бродила по замку под присмотром Ника, тщательно разрабатывая и улучшая план действий) и можно было приступить к выполнению остальных пунктов моих задач на сегодня.

Водя в храм, я, не зажигая факелы (магический резерв ещё до конца не восстановился, так что силу я пока решила беречь), подошла к статуи богини огня и вежливо постучала по каменному подолу её короткого платья:

– Ха-а-ащи-и-и-и...

– О демиург, за что мне такое наказание?
– раздался полный тоски стон у меня над ухом и очертания статуи поплыли. Через мгновение передо мной стаяла злая Хашнери, грозно смотрящая на меня сверху вниз. В этот раз она решила обойтись без театральных эффектов.

Я невинно потупилась, шаркнув ножкой по полу:

– За все хорошее. Кто ж виноват, что моя стихия - огонь...

– А была - ветер!
– вяло огрызнулась богиня, поняв, что извиняться я не собираюсь (вот вам и подтверждение того, совесть у меня просыпается, только когда дело касается Ника), и осторожно спрыгнула с постамента, на ходу поправляя перламутровое платье.

– Все претензии к Вольфу, - тут же заявила я, - Это из-за него меня переклинило.

О проклятии я вспоминать не стала. Итак в последнее время все разговоры только о нем.