Ну и кто он после этого, а?

Макс

В комнату Арины входить не хотелось. Но на вежливый стук она не отреагировала, поэтому зайти все же пришлось. И сразу стало понятно, почему она молчала.

Маленькая куница с темно-коричневым, чуть рыжеватым мехом лежала на кровати, свернувшись в клубочек, и спала. Я присел на край кровати, изучая её внимательным взглядом. В душе невольно шевельнулась давно забытая нежность. Хотя, забытая ли?

Я ласково провел рукой по мягкой шерсти. Арина вздрогнула, но не проснулась. Перевернулась на другой бок и во сне доверчиво прижалась к моему боку.

Я тихо вздохнул, осторожно беря её на руки и стараясь не разбудить. Вдруг вспомнились слова Алексы, которые она сказала мне, узнав об Арине...

...
– А ты уверен, что она действительно тебя предала?
– выслушав мой рассказ и немного помолчав, спросила сестра. Она сидела рядом со мной на крыше замка Царицы, внимательно разглядывая спящую Старую Столицу. В изумрудных волчьих глазах отражалась полная луна.

Я бросил на неё удивленный взгляд:

– Почему ты так думаешь?

Александра пожала плечами, посмотрев мне в глаза:

– Не знаю. Может, интуиция. Но мне почему-то кажется, что она не виновата в том, что произошло. По крайней мере, сделала это не умышленно. А это смягчает её вину перед тобой. Подумай, Макс. Может, кто-то с самого начала не хотел вашей свадьбы?

Я передернул плечами, с тоской вспоминая белое платье. И родные серые глаза.

– Может. Но сейчас я вряд ли смогу её простить. Даже если она действительно не виновата...

Арина снова вздрогнула у меня на руках, словно чувствовала отголоски моих воспоминаний. Бросив на неё внимательный взгляд, я решительно вышел из комнаты.

Стоит ли ворошить прошлое? Впрочем, поговорить нам все равно придется. Вот тогда и будем решать, что делать дальше.

Алекса

– Ник, ты можешь отвлечь всех присутствующих?
– напряженно спросила я, быстро просчитывая все возможные выходы из ситуации. Не знаю, что здесь забыли псы Вольфа и как они вообще сюда попали, но одно я знала точно: Виссариона нужно отсюда уводить. И ем быстрее, тем лучше. Нет, с псами мы справиться можем, но есть одно маленькое 'но': мы в замке на территории не моего клана. То, что я Царица, не дает мне право рубить врагов на территории своих подданных. Я вообще стараюсь с неприятелями разбираться за пределами Рассветного леса.

– Можно попробовать, - кивнул Ник, окидывая зал цепким взглядом. Я же посмотрела в сторону Риона и сжала кулаки. В его сторону с уверенностью проталкивались псы.

– Не волнуйся, - шепнул мне на ухо принц, - Их я тоже беру на себя. Уводи отца.

Сказав это, он с поразительной для человека скоростью 'случайно' оказался на пути оборотней и, разглядывая что-то в абсолютно противоположной стороне, сделал предводителю псов Вольфа подножку. Метода стар, как мир, но до сих пор действенен. Что будет дальше, предположить не сложно. Пес поднимется и начнется традиционный для балов скандал под кодовым названием 'кто кого переоскорбит и при этом останется с головой я на плечах'. За Ника я не волновалась, эти оборотни были ему не опасны, поэтому решительно направилась к Виссариону и вытащила его в сад. Отвлеченные разгорающимся скандалом гости наш маневр не заметили, чему я была очень рада.

Отойдя от замка на небольшое расстояние, я втолкнула отца в кусты сирени и яростно зашипела:

– Что ты здесь забыл?

– Хм, разве так разговаривают с роди..., - усмехнулся отец, но договорить я ему не дала. Потому что очень быстро поняла, ЧТО он хотел сказать. Нет, его точно контузили.

– Ты бы ещё на весь Рассветный лес заорал бы, кем ты мне приходишься, - понизив голос, припечатала я, - Знаю я, что не разговаривают, но когда эти самые 'роди...' лезут на рожон, то ругаться хочется страшно. Здесь псы Вольфа по округе бродят, а ты сам к ним в руки лезешь!

– Откуда я знал, что этот пес и сюда добрался?!
– возмутился Рион.

Ага, пусть только попробует.

– Сюда он ещё не добрался, - беря себя в руки, ответила я, - И не доберется, пока я здесь.

Уже не знаю, что отец увидел в моих глазах, но его возмущение разом куда-то делось, уступив место ехидству.

– Ты не ответил на мой вопрос, - напомнила я ему, пока он что-то не сказал. Знаю ведь, что снова что-то ехидное и ядовитое. Сама ж такая. И тут меня осенило. Лучшего момента для введения в курс дела не найти. В замке Макс и остальные, а здесь, кроме нас, никого. Ник вошел во вкус и самозабвенно 'опускает' оборотней, так что время ещё есть, - Впрочем, это подождет. А сейчас слушай и запоминай. Только не задавай пока вопросов. Потом все объясню.

Отец удивлено выгнул правую бровь, но кивнул, скрестив руки на груди.

– Значит так, - начала я, - Первое - ты не знаешь, кто я.

Рион снова кивнул. Хотя укор в глазах показывал, что и сам об этом догадался.

– Второе - тебя контузили, - собравшись с силами, выдала я. М-да, все-таки неприятно это говорить родному отцу. Но что поделаешь, по-другому его несообразительность объяснить будет нечем. А так все свалим на недуг. Как результат: Вольф обратит все свое внимание на меня, потому что наконец-то поймет, кто я (хотя за то время, что я усердно перебегаю ему дорогу в виде черной кошке, можно было обо всем догадаться) и начну воплощать свой план в жизнь. Если все удастся, то уже к концу этого года от Вольфа мы избавимся.