«Не гневайтесь на «Сен-Мишеля», — пытался успокоить его Жюль Верн, — он сослужил мне немалую службу. Вы всегда преувеличиваете опасности, которые приносит море, поверьте, моя жена, сопровождавшая меня во время последнего плавания, ни минуты не испытывала страха. Мне еще предстоят далекие путешествия: одно — в Лондон, другое — в Шербур, а может быть, доберусь и до Остенде».

Письмо с лондонским штемпелем заставило, должно быть, Жюля Этцеля-сына пожалеть о том, что он не продлил свое пребывание в Кротуа.

«Да! Я пишу вам на подходе к Лондону, где буду всего через несколько часов. Я вбил себе в голову, что «Сен-Мишель» доберется до Лондона, и вот мы почти у цели. В данный момент я заканчиваю первый том «Двадцати тысяч лье под водой» и работаю так, будто сижу у себя в кабинете на улице Лефевр. Это великолепно — какая пища для воображения!»

Молодой Этцель, не разделявший страхов своего отца, потребовал подробного описания этого «путешествия в Лондон», но «такие вещи нельзя ни рассказать, ни описать! Это слишком прекрасно!» — писал ему в ответ Жюль Верн.

Согласно своим намерениям, писатель вместе с семьей проводит рождество 1868 года в Нанте. Он остается до 12 февраля 1869 года, потом возвращается в Париж, чтобы собрать вещи, и 10 апреля окончательно переезжает в Кротуа. Пребывая в Кротуа, в устье Луары, он так был поглощен вторым томом «Двадцати тысяч лье под водой» и вторым томом «Луны», что «не мог думать ни о ком и ни о чем». 20 марта в «Журнале воспитания и развлечения» должна была начаться публикация романа «Двадцать тысяч лье под водой», поэтому он целиком был занят рисунками Риу, которому поручены были иллюстрации к этому изданию.

«Мне думается, что героев нужно сделать маленькими, а салоны — гораздо просторнее. У него же — отдельные уголки салона, которые не могут дать представления о чудесах «Наутилуса». Ему следует нарисовать все детали до тонкостей… Очень хорошая, просто великолепная идея — использовать полковника Шарраса в качестве прототипа капитана Немо. До чего же глупо, что я сам об этом не подумал! Трудно себе представить более решительное лицо!»

А вот новое письмо из Кротуа, и снова о море и вдохновении:

«Ах, мой друг, что за книга, если только она мне удастся! А сколько прекрасного о море открылось мне во время плаваний на «Сен-Мишеле»! Трудность заключается в том, чтобы сделать правдоподобными вещи очень неправдоподобные, но, кажется, мне это удалось».

Чтобы воспевать море и понимать его поэзию, что могло быть лучше, чем постоянное общение с ним? Трудно переоценить значение «Сен-Мишеля I» в жизни писателя. Он пользовался любым предлогом, чтобы как можно чаще выходить в море, и провел на борту «Сен-Мишеля» значительную часть своей жизни.

Если Жюль Верн и не совершил далеких путешествий в страны, куда отваживались забираться его герои, то в течение нескольких лет он много плавал под парусом, избороздив неспокойные воды морей от Булони до Бордо. Он был настоящим моряком, и этим объясняются его познания и опыт в морском деле, осведомленность во всех вопросах, связанных с морем. Живя и работая на борту «Сен-Мишеля», Жюль Верн создал себе существование, совсем не похожее на ту жизнь, которую ему приходилось вести в Амьене или в Париже.

Сомневаться не приходится: мысли, которые высказывают его герои, избороздившие океаны, — это его собственные мысли, а в образе капитана Немо воплотилась его собственная личность.

Жюль Верн очень дорожил «Сен-Мишелем I» и сохранял его вплоть до 1876 года, пока на верфях в Гавре не был спущен на воду парусник, который был тоньше и изящнее и гораздо более походил на яхту. И хотя гости Жюля Верна были в восторге от нового судна, нельзя сказать, что самому хозяину оно доставляло те же радости, что обветшавший «Сен-Мишель I», зато энтузиазм писатель сохранил прежний:

«Я целиком поглощен «Сен-Мишелем», его спустили на воду, испытали — прекрасное судно. На нем можно плыть хоть в Америку».

Но несмотря на все свои старания убедить Этцеля, явно не испытывавшего склонности к мореходству, ступить на борт корабля и уверения, что «этот новый «Сен-Мишель» — прекрасное судно», Жюль Верн скоро с ним расстанется.

Летом 1877 года, когда «Сен-Мишель II» стоял в Нанте, один из друзей Жюля Верна, по всей вероятности капитан Оллив, предложил ему приобрести паровую яхту «Сен-Жозеф», которую только что построили для некоего маркиза Прео. Жюль Верн поддался искушению и решил вместе с братом осмотреть ее. Поль, который в качестве морского офицера избороздил немало морей, был специалистом в этой области и внушал брату величайшее доверие. Так вот Поль пришел в восторг, «Сеп-Жозеф» показался ему именно таким кораблем, о котором оба они мечтали в детстве. На своих парусниках Жюль мог плавать лишь вдоль берегов Франции, а на этой элегантной паровой яхте они могли бы совершать далекие круизы.