— А так, как говорит мой дед: «Главная причина трагедий — люди».

Гость согласно покивал головой, и наступившая тишина тоже грустно раздумывала о том, что милая всем беззаботность не видит ничего вокруг и улыбается, не чувствуя, как беда идет рядом и незаметно берет ее под руку.

«Ал-ла, аб-дала! Аллах ам-али»! — тонко и пронзительно разнеслось по комнате.

Шериф схватился за мобильник и, до того как ответить, успел огорченно проговорить:

— Вот этого я не учел.

Потом выслушал сообщение и выключил аппарат.

— Такого сигнала нет в списке?

— Нет. Но два предыдущих я угадал.

— Собачий лай, это понятно, но как можно было угадать трех поросят?

— Я иногда подслушиваю, когда он смотрит мультфильмы. А сообщили вот что: парень семнадцати лет не появился дома после ночной мотоциклетной прогулки. Родители сказали — бывало, и раньше пропадал на целые сутки. Но сейчас они, понятное дело, обеспокоены.

— Нужно опросить друзей пропавшего, прежде всего — был ли тот замечен вблизи дискотеки?

Отряд идет медленно. Через каждые два часа объявляют короткий привал, и был уже один большой для питания. Там их догнал боец, что отвозил другого в госпиталь. Надо убить их раньше середины ночи, тогда хватит времени вернуться назад и проехать посты до рассвета. Ноги устали, их все время приходится ставить на какие-то неровности. Что это там?.. Работает рация? Командир говорит по рации… А если вдруг передадут сообщение о его побеге?.. Тот выслушивает что-то… два раза коротко сказал «да». Здесь справа темный боковой проход, нужно незаметно укрыться, чтобы сразу бежать… Шесть шагов вглубь… Слышно, как командир сказал… он сказал: «Все нормально, идем дальше». Значит, не было сообщения, можно вернуться. Почему потянуло назад?.. И вниз. Под ногами пусто! Грудь скользит по камням, руки хватают гладкий камень, там не за что уцепиться! Черная пустота внизу! Рюкзак дернул спину, потому что пальцы правой руки застряли в узком отверстии. Там нет места, они сейчас… сейчас они оторвутся. Он не отпустит, но они оторвутся и останутся там в щели… конец, внизу бездна… Свет в лицо, голоса… Пальцев нет?.. Почему он не падает?.. Видит лицо командира… рука, его держат за руку… крепко… очень…

— Как ты, Рони? Ты же кинулся без страховки, если б ребята не успели схватить тебя за ноги…

— Ерунда, Поль. Том в порядке?

Спасенный, привалившись на рюкзак, сидел рядом с овальным отверстием провала, свет захватывал лишь несколько ярдов его всюду неправильных стенок с небольшими каменными выступами.

Человек медленно и тяжело дышал. Кто-то не очень вежливо поинтересовался — какого рожна он попер в сторону?

— Это от усталости. Я хотел чуть присесть в сторонке, пока командир говорит по рации.

Ему помогли встать. Он встряхнул рюкзак за спиной и для уверенности переступил с ноги на ногу.

— Все нормально.

— Не отклоняться в темноту! Видите, что бывает?! — прогремел Рони. — А ты, Поль, постарайся в течение получаса разобраться с нужными сталактитами, скоро мы остановимся на ночлег.

Поль уже видел несколько подходящих, и похоже, этого материала здесь больше, чем он ожидал.

Интересно, они сейчас движутся в противоположную сторону к той, откуда приехали, значит, завтра будут где-то под ногами у Джейн.

Рони почти не выключает планшет с картой, составленной спелеологами, выбирая из часто ветвящихся направлений нужное.

По пути они несколько раз оказывались в больших залах с причудливыми рельефами, иногда с песчаными ручейками или ванночками воды. Вода здесь не редкость, профильтрованная известковой породой, она очень чистая и приятная на вкус.

Пока у него нет работы — исследование пород начнется только вблизи города, но сегодня он уже сможет потрудиться на себя.

Именно в больших залах встречается нужный для него материал. Конечно, лучше всего подошел бы не свисающий сверху сталактит, а стоящий на камнях сталагмит — на него гораздо легче направить установку.

Вот и еще одно такое пространство. Впрочем, не очень большое, и здесь ни черта нет. Но из него куда-то ведет широкий овальный вход. Передний боец шагнул внутрь, зажег липучку, и стало ясно, что впереди еще одна подземная емкость.

Она оказалась огромной. Кто-то приделал липучку на другой стороне, свет охватил все пространство, и люди замерли от внезапно открывшейся красоты. Подземный царь не постеснялся бы поставить здесь свой изумрудный трон — зал был торжественным и строгим.

Боковой рельеф повторял сам себя гигантскими зеленовато-черными выступами и округлыми впадинами между ними. Выпуклые неровности отдавали мощью и, казалось, были не игрой случая, а гигантским архитектурным замыслом. Стены вверху закруглялись в свод, гладкий и почти совсем симметричный.

— Поль, — Рони тронул его за плечо, — античный мир ошибся, полагая красоту безукоризненно ровной. Какая необычайная выразительность!

Но Поль уже видел другое — сталагмит. Не менее, чем в три ярда, неровно черного окраса с серыми переливами.

Кто-то рядом сказал:

— Подземный колдун поставил своему богу свечку.

Решено было остановиться на ночной привал в том первом зале, этот, огромный, показался всем не очень уютным. К тому же, здесь должна была работать лазерная установка, и Рони прокомментировал это коротко: «А черт ее знает!». Потом он поискал глазами Тома и здраво предложил ему не отправляться сейчас в обратный путь, а отдохнуть здесь до утра вместе со всеми.