— Ой, Игорь! — восторженно воскликнула Влада. Лекс вздрогнул и оторвался от газеты. Нахмурившись, посмотрел на экран: оттуда, кокетничая воловьими глазами, что-то вещал красавчик актер.

Презрительно хмыкнув, Алексей вернулся к статье. Но смысла уже не постигал: негодование свербило, словно бормашина, вторгшаяся в больной зуб. Чего не мог понять Лекс, так этого повального поклонения временным кумирам.

Идоловосторженность он прощал девочкам-подросткам (дочерей-то у Лекса не было!), а вот когда такое умиление, даже исступление, обнаруживает зрелая, умная женщина!.. Этот Игорь, как там его фамилия? Пастер?.. Пельцер?.. Да пошел он! Вот еще нашел себе занятие — вспоминать фамилию этого… А, Патрик! — Оттого, что вспомнилась, выплыла фамилия, новая волна раздражения накатилась на Лекса. Он нервно передернул руками, газета громко зашуршала и надорвалась. Алексей бросил короткий взгляд на Владу. Но она не заметила эмоционального всплеска мужа. Ее повлажневший взгляд был устремлен на экран:

— Какая игра! Это настоящее искусство.

— Что тебя так умилило?

— А ты разве не видел? Ты же смотрел на экран!

На экране тем временем пошла реклама: «А кто идет за «Клинским»?

— Вот это — настоящее искусство! — рассмеялся Лекс. — Оно побуждает к действию. Так, кто идет за «Клинским»? Тем более дойти надо только до холодильника.

— Уже иду! Сто баксов.

— Ого! Обед в доме становится обременительным, — фальшиво заворчал Алексей, доставая стоевровую банкноту. — Разрешите получить сдачу.

— Перебьетесь, дорогой. В данный момент времени мелочи нет. Вы наш постоянный клиент. В следующий раз получите бесплатно, за счет заведения. — Она величественно двинулась к холодильнику.

Алексей улыбнулся: какая все-таки удача, что в его жизни есть она, Влада! Какая удача!

Выпил пиво, утер губы и, выдерживая тональность, сварливо заметил:

— Пиво хорошее, но дорогое!

— Дешевого не держим… И вообще, в этом доме все только самого лучшего качества!

Он поцеловал ее в щечку и вышел. Уже в машине с удовлетворением отметил, что даже вроде бы дежурный поцелуй возбудил его желания.

А на следующий день Лекс снова увидел Игоря. Но уже не на экране. Воочию. Окинув неприязненным взглядом начинающую обрюзгать фигуру актера, Алексей нахмурился: в голову пришла озорная мысль. Припарковавшись, он последовал за артистом в подозрительного вида забегаловку. Фасад точно соответствовал интерьеру. Лекс окунулся в запахи пивнушек советских времен. За алюминиевыми столами пили пиво неопрятные, обросшие мужчины. Артист выделялся более или менее благопристойным видом. Он стоял, повернувшись к залу спиной за крайним столиком, надвинув на брови кепочку. На столе с остатками предшествующего пиршества стояла кружка с пивом. Сам же Патрик сосредоточенно стучал по ребру столика маленькой рыбешкой.

Брезгливо огибая стоящих тут и там посетителей, Алексей словно исполнил танец матадора.

— Разрешите пристроиться…

Артист зыркнул из-под козырька коровьими глазами и неопределенно пожал плечами. Все так же, не поднимая головы, стал высасывать пиво.

А Лекс понял: и эта надвинутая на глаза кепочка, и разворот спиной, и опущенный долу лик — все это попытка остаться неузнанным. «От славы устал бедняга! Да от кого же ты, друг ситный, прячешь свою мордочку? Кто из стоящих здесь за кружкой пива и сушеной воблой тебя знает? Ну и дурак же ты! Самовлюбленный придурок!»

— Скажите, а официантов здесь дождаться можно?

— У них самообслуживание, — не поднимая головы, ответил Игорь.

— А стол… протирают? Или тоже самообслуживание?

— Протирают. Только редко, — Игорь вдруг прямо взглянул на Бравина и улыбнулся: — Здесь такая дыра!

— Уже заметил. Я, собственно, жажду утолить хотел. Но после всего увиденного — вряд ли когда-нибудь испытаю жажду.

Игорь рассмеялся этой шутке, а Лекс с досадой отметил, что парень он симпатичный.

— Не понимаю, как вы, такой интеллигентный человек…

— Я здесь случайно. Тоже жажда, — ответил артист, допивая пиво.

— Игорь, тебе повторить? — спросил из-за стойки бармен.

— Как обычно, — проговорился Патрик, но тут же вывернулся: — Этот бармен в другом пабе работал. Вот и знает о моих привычках.

— Он назвал вас Игорем? — Лекс изобразил недоумение: — Игорь…? Мне ваше лицо знакомо! Вы очень похожи на Патрика.

— Вполне возможно. Потому что я и есть Патрик.

Да, у парня хорошее чувство юмора. И неплохая реакция. Лекс уже подумывал, не отказаться ли от затеи. Но, поразмыслив, все же рискнул:

— Знаете, моя жена в восторге от вашего таланта.

Актер застенчиво пожал плечами, но не возразил.

— Вот что, Игорь: давайте поедем ко мне. Посидим. Выпьем что-нибудь посущественней… А, Игорь?

— Нет-нет, — протестующе вскинул ладони Патрик. — Я редко принимаю приглашения от незнакомых мне людей.

— Так в чем дело?! Заодно и познакомимся!