Шрифт:
Главной проблемой была пропасть между теми, кто любит искусство, и теми, кому ближе технологии. Во время работы в Pixar и Apple Джобс продемонстрировал, что любит и то и другое, а значит, именно ему было суждено объединить эти две группы. Впоследствии он объяснял:
В Pixar я узнал о существовании важного разделения. Технические компании далеки от творчества. Среди них нет сторонников интуитивного мышления, которое, например, позволяет менеджеру по подбору артистов выбрать из сотни музыкантов пятерых, которые потом прославятся. Им кажется, что творческие работники целыми днями валяются на диване и ничего не знают о режиме — они не в курсе, какие увлеченные и дисциплинированные люди работают в компаниях вроде Pixar. А в музыкальных компаниях ничего не смыслят в технических вопросах. Они думают, что достаточно просто нанять нескольких технарей. Но это как если бы Apple пыталась набрать людей, чтобы те писали музыку. В музыкальных компаниях работают неважные технари, а нам бы достались плохие менеджеры по подбору артистов. Я принадлежу к тем немногим, кто понимает, что для производства техники необходимы творческие способности и интуиция, а чтобы творить нечто, имеющее отношение к искусству, нужна жесткая дисциплина.
Джобс уже давно был знаком с Барри Шулером, главой AOL в Time Warner, и теперь принялся выведывать у него, как привлечь музыкальные компании в будущий iTunes Store.
— Пиратство уже довело всех до предела, — сказал ему Шулер. — Ваше преимущество в том, что вам легче защитить музыку: ваша система полностью закрыта — песни попадают из магазина сразу в iPod.
В марте 2002 года Джобс позвонил Шулеру, и тот подключил к разговору Видича. Джобс попросил Видича приехать в Купертино и привезти с собой главу Warner Music Роджера Эймса. В этот раз Джобс был само обаяние — Эймс оказался из разряда умных язвительных британцев, таких, как Джеймс Винсент и Джони Айв. А Стиву подобные люди нравились, так что он старался проявить себя с лучшей стороны. В начале встречи Джобс даже выступил в непривычной для себя роли дипломата. Эймс и Эдди Кью, который занимался iTunes в Apple, заспорили, почему радио в Англии не такое интересное, как в Америке, но Джобс прервал их словами:
— Мы разбираемся в технике, но не в музыке, поэтому не будем спорить.
Эймс начал встречу с того, что попросил Джобса сделать поддержку нового формата компакт-дисков с защитой от копирования. Джобс быстро согласился и перевел разговор на интересующую его тему. Warner Music, сказал он, должна помочь Apple создать простой онлайн-магазин. Тогда они смогут привлечь на свою сторону остальную часть индустрии.
Незадолго до этого Эймсу не удалось убедить совет директоров AOL в необходимости доработать их музыкальный сервис. «После скачивания песни через AOL мне приходилось подолгу искать ее в своем гребаном компьютере», — вспоминал он. Вот почему Эймс был потрясен, когда увидел прототип iTunes Store. Это было именно то, о чем он мечтал. Эймс подтвердил участие Warner Music и предложил помочь привлечь остальные компании.
Джобс отправился на восток страны к другим директорам Time Warner. «Он сидел перед Mac, словно ребенок с игрушкой, — вспоминал Видич. — Я никогда не видел, чтобы генеральный директор был так захвачен проектом». Эймс и Джобс наперебой перечисляли принципы работы iTunes Store — в том числе сколько раз можно будет записывать песню на свой плеер и как будет работать система защиты. Вскоре они пришли к соглашению, и можно было разговаривать с другими лейблами.
Список возглавлял Даг Моррис, глава Universal Music Group. В его ведомстве состояли такие музыканты, как U2, Эминем и Мэрайя Кареи, и могущественные лейблы вроде Motown и Interscope-Geffen-A&M. Моррис был готов к диалогу. Его больше других утомило пиратство и непрофессионализм технических специалистов музыкальных компаний. «Вокруг царил настоящий Дикий Запад, — вспоминал Моррис. — Никто не торговал цифровой музыкой, и она была оккупирована пиратами. Что бы мы ни предпринимали, все было тщетно. Все же творческим людям не стоит браться за такие задачи».
Эймс отвез Джобса в офис Морриса на Бродвее и проинструктировал его. Встреча прошла успешно. Морриса поразил системный подход, который одновременно упрощал процесс для покупателей и гарантировал защиту звукозаписывающих компаний. «Стив проделал блестящую работу, — говорил Моррис. — Он создал совершенную и законченную систему — iTunes Store, программное обеспечение и сам iPod».
Моррис понимал, что Джобс обладает техническим складом ума — именно этого недоставало музыкальным компаниям.
— Разумеется, нам следует полностью положиться на Джобса, — сказал он вице-президенту по технологиям. — Он разбирается в таких делах куда лучше любого работника Universal.
Подобные заявления, конечно, не радовали техников Universal, и Моррису приходилось подгонять их. В разработанное Apple положение об авторских правах FairPlay было внесено несколько поправок, ограничивающих копирование песен. Но в целом концепция магазина, разработанная Джобсом, Эймсом и сотрудниками Warner, не претерпела значительных изменений.
Моррис был так очарован Джобсом, что позвонил Джимми Айовину — неумолкающему и напористому главе лейбла Interscope-Geffen-A&M, принадлежащего Universal. Айовин вот уже 30 лет был лучшим другом Морриса, и они ежедневно разговаривали друг с другом по телефону. «Когда мы познакомились со Стивом, я сразу понял: вот он, наш спаситель! — вспоминал Моррис. — Мне тут же захотелось, чтобы Джимми составил о нем мнение».
При желании Джобс мог быть феноменально обаятельным. Когда Айовин прилетел в Купертино, Джобс включил обаяние на полную катушку.