Но, вернемся к нашим баранам… Хотя, вот еще одно человеческое выражение, которого я совсем не понимаю! Ну, объясните мне кто-нибудь, зачем вы, люди, всё время к каким-то баранам возвращаетесь? Вас что, в дурную компанию всё время тянет? Вам общаться, кроме как с баранами, больше не с кем? Или вам у баранов под хвостом тушенкой намазано?.. Вечно придумываете себе фразеологизмы, от которых уши вянут, шерсть блекнет и во рту оскомина появляется, но эти обороты настолько прилипчивы оказываются, что избавиться от них труднее, чем от репьев в моей шкуре.

Впрочем, я отвлекся. Всё время так: начну с вами о чем-то спорить и забываю, что должен объективно и беспристрастно освещать наше путешествие. Ну и, честно говоря, осветить пещеру посильнее всё же не помешало бы.

Зрение у меня слабое, а от трех факелов, которые приперли в жилище Кецалькоатля мои коллеги по отделу внутренних дел, толку было немного. Тем более что в пещере дуло, они мерцали, словно мигалка на крыше патрульной машины. А в таких условиях глаза быстро устают. Вот я их и закрыл, улегшись на брюхо и просто решив слушать, что происходит вокруг.

Сквозь треск факелов и болтовню Кецалькоатля разобрать трепет крылышек нашего маленького дебошира было трудно, но он так яростно сопротивлялся попыткам сквозняка выдуть его куда-нибудь к гномьей матери, что мне удавалось понять: эльф своего местоположения под потолком не меняет. Чтобы не мучиться, я бы посоветовал ему куда-нибудь опуститься, но делать этого не стал. Во-первых, мне до сих пор не удалось разобраться в том, понимают эльфы нормальную речь или нет. Ну а во-вторых, из-за опасения быть прихлопнутым резиновой дубинкой, Лориэль всё равно никуда бы не приземлился. Остальных же я слышал совершенно отчетливо и даже так ясно ощущал напряжение Жомова, в любую секунду готового к выстрелу, что видеть собравшихся мне и не требовалось. А уж рассказ Кецалькоатля и с закрытыми глазами слушать вполне можно!

Моего Сеню в первую очередь интересовало то, какие изменения случились в Мезоамерике и из-за чего, по мнению тольтекского бога, они начались. Конечно, первопричиной всех бед Кецалькоатль считал Уицилопочтли, Но не думаю, что хоть кто-то из нашей компании с этим был согласен. Мы уже знали, что ацтекского бога к началу изменений вынудили обстоятельства. И сейчас мой хозяин, по косвенным уликам, конечно, пытался определить, насколько к реформам в мезоамериканском пантеоне причастен Оберон. Судя по всему, Андрюша с Жомовым желание моего хозяина прекрасно поняли, да и от Лориэля подоплека разговора не ускользнула.

– Да что ты, идиот на службе Родине, этого недооперившегося дикаря о делах спрашиваешь? – не удержался эльф. – Я прекрасно знаю, что происходит и почему. Могу вам, придуркам в погонах, за одну минуту всё рассказать, а вы тут время в беседах с захолустными богами теряете!

– Я тебя предупреждал, чтобы ты заткнулся? – поинтересовался мой Сеня. – Последний раз об этом прошу, иначе Ваня с Ахтармерзом тебе помогут.

– О-о-о! Будь проклят тот день, когда я согласился на увещевания Оберона и стал работать с такими дураками, – простонал Лориэль, но больше до окончания допроса Кецалькоатля не проронил ни слова. Видимо, дело действительно было куда как серьезнее! Иначе эльф просто исчез бы, и я не думаю, что Ванин пистолет или газовые горелки Горыныча смогли бы его остановить. Шустрый он больно!

А история, рассказанная нам Кецалькоатлем, ничего особо познавательного в себе не содержала, за исключением того, что полностью подтвердила чужеродное вмешательство в дела Мезоамерики. Вопрос в том, кто именно это вмешательство оказывал и с какими целями?!

Во-первых, то, с какой скоростью и какими способами Уицилопочтли подчинил своей воле мезоамериканский пантеон, указывало, что ему явно помогали. Если не живой силой, то хотя бы техникой, как нам во Вторую мировую войну американцы по ленд-лизу. С одной стороны, именно Оберону было выгодно единоначалие среди местных богов, способное привести к зарождению в этой вселенной перекрестка параллельных миров, чтобы затем послужить громоотводом для Эльфабада. А с другой – Эксмоэль однажды обмолвился, что опальные эльфийские ученые также хотят установления в Мезоамерике монотеизма, дабы этот мир успешно противостоял агрессии Оберона.

Во-вторых, все перемены, уже случившиеся в Мезоамерике и ее пантеоне, начались гораздо раньше, чем группа эльфийских ученых могла бы организовать здесь сопротивление. Судя по рассказу Эксмоэля, эти светлые умы эльфийской науки решили вмешаться, лишь когда поняли, к каким пагубным последствиям действия Оберона могут привести.

Ну и последнее – рост популяции ацтеков и их долгое изолированное проживание были явно надуманы кем-то, начавшим перемены в этом мире. И вот тут, по моему мнению, дирижировать мог кто угодно. И опальные ученые через Эксмоэля могли внушить мысль о необходимости таких мер Уицилопочтли, который, в свою очередь, донес их до подотчетного ему народа, да и сам Оберон мог действовать с таким же результатом.

Вот уж не знаю, как остальным, но лично мне показалось странным лишь одно обстоятельство из рассказа Кецалькоатля. Судя по его словам, большинство бывших верховных богов мезоамериканского пантеона в данный момент были настолько ослаблены минимальными жертвоприношениями в их честь, что открыто выступить против становящегося всемогущим Уицилопочтли никто не мог. А вот Эксмоэль уговаривал нас именно такой спарринг среди обитателей пантеона провести. Получалось, что мы должны были обречь Кецалькоатля на поражение? Но ведь именно это и было на руку Оберону! Конечно, Эксмоэль обещал вмешаться и вовремя остановить схватку, но если… Додумывать мысль до конца не хотелось, поскольку после нее возникало чувство, что все мы круглые дураки!