— Ну что, похоже, я поеду с вами в Лондон. Пакуйте вещи: отправимся до темноты.

Когда дверь за ним закрылась, подошел капитан, расплывшийся в широкой улыбке. Он как будто ждал чего-то от Юэна, но того ни капли не интересовали их внутренние разборки. Ему хватало своих проблем, поэтому он промолчал. Но капитана, видимо, распирало, и он не стал ждать особого приглашения:

— Кажется, меня только что повысили.

Юэн подумал и решил, что не стоит лишний раз обижать человека: вдруг доведется попасть сюда на обратном пути.

— Поздравляю, — сказал он мрачно.

Капитан рассмеялся.

— Да ладно тебе, не переживай. Не тебя первого обдурила хорошенькая девчонка.

Он по-компанейски похлопал Юэна по плечу и вошел в здание. Юэн досчитал до десяти, успокоился и последовал за ним. Он пошел к себе, забрать рюкзак и оружие, но на его койке сидела Кейтлин, и все ее вещи, аккуратно упакованные, лежали на полу.

При виде девушки Юэн слегка запнулся, но взял себя в руки и направился к ней уверенным шагом. Он не знал, как себя вести с ней, и тушевался, как подросток.

— Привет! — сказала Кейтлин, глядя на него с надеждой.

— Ты в порядке? — безучастно спросил Юэн.

— Это полковник запретил мне выходить из комнаты и говорить с тобой, — вместо ответа сказала она.

Юэн почувствовал облегчение, но тут же напомнил себе, что верить ей нельзя, хотя бы и очень хотелось.

— Это многое объясняет, — произнес он все тем же безразличным тоном.

Кейтлин хотела что-то сказать, чтобы разломить лед, возникший между ними, но в этот момент раздался голос Мейзерса:

— Пора садиться в поезд, мисс!

— Ты в их армии? — быстро спросил Юэн.

— Нет.

— Тогда почему он говорит с тобой, как с равной?

— Потому что те, на кого я работала, подчиняются тем же людям, что и он.

— Мисс, прошу вас поторопиться, — снова послышался голос полковника уже от самой двери.

— Надо идти, — смирилась Кейтлин и встала, подняв с пола свои вещи.

Юэн закинул за плечи рюкзак и автомат и, вспомнив, что для остальных он по-прежнему телохранитель, пошел вслед за девушкой к поезду.

Пока они шли от двери к путям, машинисты переключили стрелки на рельсах и отогнали паровоз в голову состава, хотя теперь он должен был ехать задом наперед.

Заметив любопытство в глазах Юэна, полковник пояснил:

— Мы полгода возились с рельсами, чтобы сделать развязку для паровоза. Конечно, для поезда нет никакой разницы, тянет его паровоз или толкает, но машинист должен видеть, что перед ним.

— Давно служите в этом гарнизоне?

— С самого его основания, — устало сказал полковник. — Теперь правильнее сказать: служил.

— Отзывают в Лондон? — спросила Кейтлин.

— Да.

У поезда их терпеливо поджидала шеренга солдат, готовых к погрузке. Вслед за полковником они прошли мимо строя и первыми забрались в вагон. Юэн заметил, что некоторые солдаты исподтишка бросали жадные взгляды на Кейтлин, пока она поднималась на подножку вагона.

— Почему вас вдруг решили отозвать? — спросил он полковника.

— Этого мне не скажут. Хотя никакого секрета тут нет: я просидел на станции больше года. Желают проверить, не одичал ли я.

— Что значит «одичал»? — удивился Юэн.

— Это значит — забыл о своем долге перед Английской республикой.

Внутри вагон был поделен на купе, в каждом из которых могли устроиться восемь человек. Большая часть мест пустовала, и полковник без труда нашел для них отдельное купе.

— Ждите здесь, а я проверю, все ли готово к отправлению, — сказал он и закрыл дверь.

Купе оказалось отделано в той же красно-черной цветовой гамме. Под окном была прикреплена большая металлическая заслонка; на ней, на черном фоне, был нарисован красный крест, окантованный белым. Он был явно позаимствован с флага святого Георгия, древнего покровителя Англии, но еще больше напомнил Юэну эмблему немецких нацистов, которую он видел в исторических книгах.

Над пластиковыми сиденьями были полки для багажа. Юэн положил туда рюкзак и автомат, потом помог Кейтлин закинуть ее вещи и сел у окна, радуясь, что, несмотря на металлическую сетку и слой пыли на стекле, из окна все-таки виден кусочек заснеженной станции. Обернувшись через минуту, мужчина увидел, что Кейтлин застыла посреди купе, не понимая, куда ей лучше сесть. Он снова повернулся к окну с видом полного безразличия и услышал, как девушка вздохнула и села напротив.

— Юэн, я не хотела ничего от тебя скрывать…