Железная дверь отворилась, и Мариус заглянул в комнату, держа в руке свечу.

— Все в порядке, можете выходить, — сказал он. — Почему вы смеетесь?

— Значит, у вас там Утренний стояк? — давясь от смеха, сказала Кейтлин.

Юэн тоже захохотал, и старик неодобрительно покачал головой.

— Между прочим, красивое зрелище, — обиженно сказал он. — Я бы вам показал, так ведь не выживете…

Его слова потонули в новом приступе смеха. Отсмеявшись, Юэн заметил недовольное лицо Мариуса, легонько пнул Кейтлин в бок, встал и вышел из комнаты. Через открытую дверь хранилища уже пробивался солнечный свет. Как только девушка успокоилась, они поднялись по лестнице наверх.

Оказавшись в зале библиотеки, Юэн и Кейтлин оцепенели. Между полками двигались прозрачные силуэты в летних костюмах, некоторые несли в руках плащ, зонт или сумку. Останавливаясь, они снимали с полок воздух вместо книг и листали страницы, которые могли видеть только они.

— Не прикасайтесь к ним, — посоветовал Мариус.

— Почему?

— Можете их нечаянно разбудить. Тогда они заговорят с вами. Это довольно неприятно. А еще можно ненароком увлечься и прожить этот последний день с ними вместе.

— Чем же это плохо? — спросила Кейтлин.

— Тем, что по городу рыщут вооруженные люди, — ответил за старика Юэн, но тот покачал головой:

— Проблема не в этом. Я сам не знаю точно, что здесь происходит. Как ты правильно сказала, в городе почему-то сломалось время. Многие дома должны были износиться за двадцать лет, но здесь почти ничего не меняется.

Юэн и Кейтлин шагнули в сторону, чтобы пропустить призрак симпатичной девушки, которая рассеянно шла прямо на них.

— Были случаи, когда люди, заходившие в Шеффилд, заговаривали с призраками, — и с ними происходили очень нехорошие вещи. — Мариус помолчал немного. — Я вам покажу.

Он направился к выходу, ловко увернулся от прозрачного мужчины в сером деловом костюме, потом открыл дверь и первым шагнул на тротуар.

Первым, что увидели Кейтлин и Юэн, выйдя за ним следом, была проехавшая мимо призрачная машина. Из окна заднего сиденья на них печально смотрел мальчик в школьной форме.

— Через час тут станет многолюдно, надо выбираться на окраину. Но по дороге я вам покажу кое-что интересное. Может, вы поймете больше, чем я.

Впереди высились жилые многоэтажки. К ним и направился старик, то и дело останавливая своих спутников, чтобы те не наткнулись на очередного призрака, неожиданно выходящего из-за угла.

— Похоже, вы знаете каждый их шаг, — сказал Юэн.

— Я живу с ними уже много лет. Помните девушку в библиотеке? Ее зовут Моника, она училась в университете на психолога. — Мариус снова остановился и свернул на заставленную машинами парковку. — Когда мне удалось с ней заговорить, она не поверила, решив, что я ее потенциальный пациент. А вот человек в костюме поверил и очень злился. Его зовут… — Мариус остановился, несколько раз щелкнул пальцами и победно воскликнул: — Джереми!

— Вы их всех помните по именам?

— Очень многих. Мне же больше не с кем разговаривать, — пожал плечами старик и перевел их через дорогу, по которой неслись призрачные машины.

Они еще несколько минут прошли по тротуару и оказались на небольшой площади перед многоэтажками. Там глазам Юэна и Кейтлин явилось зрелище, которое потом преследовало их до конца дней.

На бетонном пятачке стоял скелет, стоял ровно, как живой, только совершенно мертвый. Вокруг него метался призрак мужчины, остервенело пытаясь оторваться от этого места, протягивая прозрачные руки к нечаянным зрителям.

— Он нас видит? — спросил Юэн.

— Думаю, да, — ответил Мариус.

— Что с ним случилось? — встревоженно поинтересовалась Кейтлин.

— Часа через три вон из того подъезда выскочит группа подростков. Этот человек был одним из первых, кто вошел в город со станции. Он сделал ошибку: прошел сквозь них.

— И что произошло?

— А черт его знает, — пожал плечами Мариус. — Я нашел его через несколько дней. Он был еще жив, но уже бредил, и я не смог сдвинуть его с места. Видимо, он разозлил ребят, и те выбили его из мира живых в свой мир.

— И теперь он всегда будет торчать на этом месте?

— Насчет «всегда» не уверен: я не знаю, как долго вообще продлится вся эта чертовщина. Но с того дня не сдвинулся, и Утренний стояк на него почему-то не действовал.

— Какой ужас… — сказала Кейтлин.

— Это да, — согласился Мариус. — Пока он был жив, я пытался ему помочь, но ни еды, ни воды он не принимал. А как помер, так и остался стоять.

Юэн оглянулся: вокруг проносились прозрачные машины, и люди сновали по своим делам, потерявшим всякий смысл два десятилетия назад.