В свое время Маргарет наделала немало глупостей, но с каждой секундой в ней крепло убеждение, что эта будет самой незначительной.

— Строго говоря, знакома.

Он повернулся к ней.

— В самом деле?

Она слабо улыбнулась.

Несколько секунд он молча смотрел на нее, и в глубине его выразительных глаз разгорался огонек надежды. Уголки губ слегка дрогнули, и он, казалось, на глазах скинул с плеч несколько лет.

— Спасибо! Когда вы сможете начать?

Маргарет растерялась. Надежда, блеснувшая в его глазах, просто перевернула все в ее душе, а когда уголки губ приподнялись в намеке на улыбку, точнее, они лишь осторожно дрогнули, у нее заколотилось сердце, а ладони зачесались от желания погладить его твердый упрямый подбородок. Так что вскоре от решительных намерений бежать, и как можно быстрее, не осталось и следа. Она открыла рот, чтобы как-то смягчить свое скоропалительное согласие, оставив за собой право на отступление, но произнесла нечто совсем иное.

— Каким коротким оказалось интервью!

Он расплылся в улыбке, и последние покровы предосторожности сползли к ее ногам.

— Вы хотите, чтобы я расспросил вас поподробнее? Прекрасно. Скажите, мисс Баркли, что дает вам основание считать, что вы достаточно опытны, дабы иметь дело с моими сыновьями?

Маргарет едва заметно улыбнулась, вытерла влажные руки и поторопилась присесть за стол, потому что ноги уже не держали ее. Во что она позволила себе влезть?

Поставив перед ней чашку кофе, он подтащил стул, развернул его, сел и обвил руками спинку. Он успел снять пиджак и засучил рукава безукоризненно чистой белой шелковой рубашки. Мисс Баркли вдруг поймала себя на том, что ей страшно нравятся мягкие завитки волос, покрывавшие его мускулистые предплечья и поблескивавшие на тыльной стороне крупных кистей рук с длинными пальцами…

— Итак… Ваша квалификация?

— Ах, да… Мм… Я окончила курсы подготовки и три года работала как бэбиситтер, последние два в одной и той же семье. Возраст моих подопечных был самый разнообразный: от полутора до шестнадцати лет. Кроме того, я помогала матери воспитывать трех младших братьев, так что, думаю, неплохо понимаю все закидоны детского мышления!

Он сдержанно хмыкнул.

— Слава Богу! Хоть один из нас разбирается в них. О'кей, с квалификацией у вас все в порядке. Готовить умеете?

Маргарет сдержанно кивнула.

— Но лишь в той мере, в какой об этом написано в приглашении. Думаю, что управляюсь с завтраками и ужинами несколько лучше, чем вы. А что имеется в виду под другими домашними обязанностями?

Он выразительно вскинул плечо.

— Ничего особенного. Имеется уборщица, вышеупомянутая миссис Диглин, которая пять раз в неделю приводит дом в порядок. Возникает вопрос совсем небольшой готовки для семьи, ибо я много времени провожу вне дома. Ребята весь день будут в школе, так что это сущая ерунда.

Она обвела взглядом хаос на кухне.

— В самом деле? Ну, если вы так считаете… Я — нет.

Дональд беспомощно вздохнул.

— Да, дел хватает.

Маргарет в упор посмотрела на него.

— В этом-то я не сомневаюсь, — сдержанно сказала она. — Ладно, когда вы хотите, чтобы я приступила к делу?

— Вы не собираетесь поинтересоваться вашей заработной платой, осмотреть свое помещение и все остальное?

Она вскинула брови.

— Вы собираетесь обманывать меня?

Он усмехнулся.

— Я? С чего вы взяли? — Его губы снова сложились в усмешку. — Нет, юная Фрекен Бок, обманывать вас я не собираюсь. Просто я испытываю благодарность за то, что вы согласились остаться у нас. Но для начала мне придется представить в банк образец вашей подписи, чтобы вы могли пользоваться счетом для домашних расходов. А в те несколько дней, что понадобятся для оформления, вы можете брать наличные из этого сейфа.

— Вы так доверяете мне?

Их взгляды встретились.

— Я достаточно известная личность, мисс Баркли. И считаю, что любой, кто может противостоять мне и открыто напоминать о моих обязанностях, достаточно честный и прямой человек.

Она покраснела.

— Я бы никогда не позволила себе сказать…

— Забудьте. Вы были абсолютно правы, и я это признаю. Я выхожу из себя, но ничего не получается. Может, вы попытаетесь навести порядок в нашей непростой жизни?

Он встал, оказавшись вплотную к ней.

— Давайте я покажу ваши апартаменты, — направился он к дверям.