Рори ухмыльнулся.

– Не суди по одежке. В груди Казаковы бьется сердце Ромео. Я самый большой романтик на земле. Я действительно верю в «как-то очарованным вечером», и в Золушку, – и во все сказки. Просто я еще не встретил подходящую женщину. Я думал, ты знал.

– Итак, ты считаешь, я дурак.

Улыбка стала шире.

– Нет. Я говорю, что ты должен начать жизнь сначала.

Затем он подмигнул Мэтту и снова похлопал его по плечу.

– Ну ладно, мне пора идти. Тяжелый сегодня денек.

Он ушел, посвистывая.

Был канун Нового года. Паола вот уже пять дней находилась в Алабаме. Все это время она, Линда и еще несколько человек из группы Перкинз долгие часы играли «Одинокую леди» и еще две песни, сочиненные Паолой. Но никакая интересная работа, которую она всегда считала главной в жизни, не могла заглушить охватившую душу грусть. Она скучала по Мэтту. Весь день он не выходил у нее из головы, и ночью наполнял ее сны. Да, она любит его. Постепенно она пришла к мысли, что ни с кем ей не будет так хорошо, как с ним. Но Мэтт заявил, что теперь между ними все кончено.

Необходимо забыть о своих собственных интересах, если надеешься связать с ним жизнь. Но сделать это она не могла. Она любила и желала его, однако превратиться в старомодную, вечно сидящую дома жену—это уж слишком. Последняя неделя уверила ее в том, что Мэтт никогда бы не согласился последовать за ней через всю страну. Значит, никто из них ни в грош не ставит интересы другого. Возможно, они провели слишком мало времени вместе, возможно, были слишком поглощены страстью, забывая обо всем прочем.

Сегодня был канун Нового года, и Линда предоставила своей команде несколько дней отдыха.

– Пусть побудут со своими семьями, – сказала она Паоле. – Надеюсь, ты не в проигрыше, дорогая?

– Мне незачем мчаться домой, – ответила Паола, сглатывая комок в горле.

Паола и Линда сидели в сверкающем фигурном бассейне, закрытом от яркого солнца розовым тентом. Погода была мягкой, небо чистым, голубым с маленькими облачками. Какой прекрасный день, думала Паола. Она должна была бы наслаждаться жизнью, но боль не отпускала ее.

– Я уж десятый раз за день слышу, как ты вздыхаешь, – заметила Линда Перкинз. В ее звонком голосе слышались нотки иронии. – Должно быть, на сердце тяжело.

Паола даже не заметила, как все произошло – то ли Линда побудила ее, то ли она сама захотела раскрыть душу, но вскоре она поняла, что рассказывает известной певице о Мэтте. Она ничего не утаила: даже то, как они расстались.

– Не думаю, что причина только в его эгоизме, – закончила Паола. – Вы думаете иначе?

Линда улыбнулась. Она сделала большой глоток холодного чая, затем не торопясь начала:

– Дорогая, когда тебе доведется много поездить и повидать, ты поймешь, что мир не состоит из ангелов и злодеев.

– Неужели он не понимает, что об этом я мечтала всю жизнь?

– Большинство мужчин считают, что они – самая важная часть твоей жизни, – ответила Линда. – Возможно, это резонно. Знай: я в такой же ситуации. Мне хочется знать, что для Клинта я важнее всего остального. Слава Богу, он всегда ставит меня на первое место.

– Вы думаете, я была не права? Вы полагаете, мне надо было остаться в Хьюстоне? Отвергнуть возможность работать с вами? – Паола знала, что в ее голосе звучит недоверие. Она-то считала, что Линда полностью согласится с ней.

– Не думаю, что следовало рубить сплеча, – задумчиво сказала Линда. – Я только пыталась тебе разъяснить, что на самом деле не важно, кто из вас прав. Дело в том, что он рассматривает твою поездку как угрозу вашим отношениям, и если ты его любишь, то должна была попытаться успокоить его.

Паола долго не отвечала. Лишь легкий плеск воды в бассейне нарушал тишину.

– И вы думаете, я должна была поговорить с ним, перед тем как уехать?

– Все, что я знаю, это то, что я имею десять золотых дисков и три платиновых, но ни один из них не поможет мне сохранить привязанность моих друзей. – Певица улыбнулась. – Конечно, я постарше тебя. Возможно, я смотрю на вещи немного по-другому.

– Да, но ваш муж помогает вам в работе.

Линда улыбнулась.

– Клинт мой второй муж, – мягко проговорила она. – С первым мы пробыли вместе недолго. Мне потребовалось несколько лет прожить одной, пока я поняла, что должна предложить какой-либо компромисс, если хочу сохранить наши отношения.

Паола недоумевала, о каком компромиссе говорит Линда, ведь Клинт всегда готов уступить.

– Клинт и я заключили соглашение, – сказала Линда. – С марта по август мы живем в нашем доме около Ноксвилла, где муж присматривает за нашими лошадьми и за ранчо. Потом, с сентября по февраль, наш дом здесь, где находится моя студия.