О чем это Рита? Ах да. Воспользовавшись ее временным одиночеством, "предупредительный" Амилирн успешно занялся развлечением "скучающей" дамы. Пока Рита ломала голову над его неожиданным появлением и мгновенным исчезновением из поля зрения спутников, брюнет успешно вел одному ему известную игру. Имеется в виду не псевдодомино, а витающая в воздухе интригу: от остроухого несло ощутимой волной охотничий азарт, никак не связанный с вартготом. Риту разобрало, задело за сердечные нервы — "я не я буду, если не узнаю, в чем тут дело".

— Скажите, Лир, а как Вы здесь оказались?

— У меня отпуск. — Улыбается в три ряда, красавчик. Но что-то эта улыбка не вырубает в прострацию, как, например, ухмылка блондинистого предателя. — Сегодня начался. Прихожу домой, а там приглашение от Саньи. Не мог же я пропустить отличный повод повеселиться, верно?

"О да, куда же вернее. А вот взгляд мне твой не нравится, уважаемый. Будем раскручивать клиента дальше".

— Санья Ваша подруга? Или родственница, да?

— Хорошая знакомая, мы вместе учились в школе магического плетения.

— А что за плетение такое?

Эльф удивленно воззрился на Риту сквозь упавшую на лоб вороненую прядь, даже про вартгот забыл.

— Вы не знаете о магическом плетении?! Это же основа всего благополучия эльфийского народа, доступная только нам. Никакая другая раса не способна к данному виду магии.

В целом, игра была благополучно забыта, как и коварный план Риты по выявлению тайных замыслов остроухого брюнета. Так вот почему господа эльфы так беззаботно шляются по Веснеполю, уделяя минимум внимания таким глупостям, как работа, уборка или приготовление пищи! Все дело в своеобразном магическом направлении, позволяющем остроухому племени создавать почти из ничего стройматериалы, ткани, вещи и многое другое, имея в руках лишь небольшой образец необходимого предмета и немного сырья. Однако учиться этому искусству приходится долгих шесть лет, совмещая теорию с практикой, иначе вместо напольной вазы может получиться здоровенная синяя жаба. В ежовой шубе и квакающая дурным голосом.

— А если захочется создать что-то оригинальное, не по образцу?

— Для этого нужно всего лишь немного изменить заклинание. — Усмехнулся довольный произведенным впечатлением Лир. — Создать новое то есть.

— А почему к плетению способны только эльфы?

— Без понятия. — Пожал точеными плечиками в метр разворотом собеседник. — Магия у нас в крови, но и у человеческих магов — тоже. Чем это объяснить, не знаю. Я просто пользуюсь.

Внезапно в воздухе пронеслись до дрожи знакомые ритмы танго, слегка изменившие звук на местный манер. Видимо, изумление пополам со слезами столь явственно отпечаталось на лбу, что беззаботный до сего момента эльф нахмурился, присмотревшись к собеседнице.

— Марго, что-то не так?

— Нет, все так. Даже очень. — Как бы удержаться от крокодильего рева на глазах у десятков впечатлительных созданий? Их нежная психика от подобного зрелища сломается запросто… — Эта музыка напомнила мне про дом. Извините.

— За что? — Недоуменное поднятие бровей до корней волос. — Разве Вы что-то не так сделали? Пойдемте лучше потанцуем, если Вы не против.

Разумеется, Рита была не против. Какая разница, с кем танцевать, если Элар носится где-то и на глаза показываться категорически не желает, а душа просит? Музыка пьянила, подчиняя ритму и вычеркивая из жизни все плохое. Словно бы не Рита влетела головой вперед в средневековый мир, почти без надежды вернуться домой, не она плутала в подземелье и спасала шкуру одного безумно красивого перворожденного, который бессовестно умотал в неизвестном направлении! На этой возмущенной ноте Марго очнулась от забытья, продолжая кружиться и резво переступать туфельками. Большущие зеленые глаза выискивали нечто в лице девушки, одному Лиру известное. Марго под шумок даже нервничать начала: "чего он так уставился?" Но тут, на ее счастье, музыка, особенно громко выпалив последние аккорды, закончилась.

— Спасибо за танец. — Учтивый кавалер галантно приложился к ручке, не забыв, впрочем, ловко вывернуться с танцпола. Но по-новой заседать под деревом Рите не захотелось, поэтому, подхватив плащ, она поспешила откланяться.

— Это Вам спасибо. Мне пора, уже спать хочется.

Грустная улыбка подчеркнула блеск зеленых, почти черных в тени, глаз. "Я сама сейчас кое-кому грустно сделаю, вот только найду в толпе, и сразу станет печально".

— Тогда до свидания, Марго. Благодарю за прекрасный вечер.

— Благодарите хозяев, это они все устроили. — Рита искренне улыбается. "Надеюсь, он не обидится. Серьезно, я не хочу, что бы такой хороший не-человек грустил из-за меня". — До свидания.

Распрощавшись с Амилирном, Марго поспешила найти несносного блондина и закатить ему заслуженный скандал. "Нет, нарочно не придумаешь — привел на званый прием и бросил с едва знакомым эльфом, даже не поинтересовавшись ее мнением на этот счет! Ох, и огребет он у меня…"

Упорные поиски увенчались успехом подозрительно быстро: на соседней с танцполом лужайке, среди растущих в очаровательном беспорядке цветов, его светлость Элартон Аллитарэль оживленно беседовал с тремя оригинальными эльфами. Вроде эльфы как эльфы, насмотрелась Рита на них уже, но заурядными их не назовешь: длинные серые плащи в пол, длиннющие серебряные волосы стоят пышной гривой, глаза желтые с вертикальными зрачками. Вот последнее ее добило почище чукотской лезгинки: у эльфа кошачьи глаза! В кошмаре приснится, мокрыми трусами не отмашешься…

— Марго! Иди сюда, пожалуйста. — Ага, заметил, голубчик. Глазастый какой. Если бы он прочел в этот момент мои мысли, не стал бы дожидаться выполнения просьбы, а задал кросс по пересеченной местности. Но опасности ушастик не почуял, спокойно улыбаясь и продолжая беседу с тремя неизвестными. А зря.

Рита не стала встревать в беседу остроухих, отложив пару ласковых на более подходящий момент. Впрочем, по многообещающей улыбке голодной гарпии он учуял неладное, с опаской посматривая в сторону Маргариты. Между тем часть гостей откланялась, и в саду стало несколько просторнее. Со стороны танцпола по-прежнему доносились звуки, свидетельствовавшие о продолжении банкета, да в кустах под здоровенным разлапистым деревом, похожим на дуб, страстно целовалась юная парочка. Когда задерживать важных особ стало совсем уж неприлично, Элар неохотно попрощался с каждым за руку, испросив разрешения пообщаться после собрания Совета старейшин. Итак, Элар и Марго остались наедине, не считая влюбленных за деревом.