— Посмотрим, что там! — сказал он и, не дожидаясь ответа Честера, нырнул в проход и быстро пополз по нему. — Поворот! — донесся оттуда его приглушенный голос.

Честер нагнулся и заглянул внутрь. Он увидел ноги Уилла, исчезающие за поворотом туннеля. Потом ноги снова появились, и Уилл медленно пятился назад. Он сел на пол и печально поглядел на Честера. Их лица освещали яркие неоновые огни.

— Что случилось? — спросил Честер.

— Дальше не пройти. Там завал, — ответил Уилл, осторожно выползая из туннеля спиной вперед.

В подвале он выпрямился, снял школьный пиджак и бросил его на пол. Тут он заметил печальное выражение лица Честера.

— Ты чего?

— Раз там завал… ты думаешь, твой папа под завалом, так? — спросил Честер чуть ли не шепотом и вздрогнул, представив себе жуткую картину. — Вдруг его… придавило? — зловеще проговорил он.

Уилл отвернулся и задумался.

— У нас есть только один способ узнать наверняка.

— Может быть, надо рассказать… — Честер осекся, потрясенный кажущимся безразличием друга.

Уилл его не слушал. Он смотрел на вход в туннель, задумчиво прищурившись. Было видно, что он обдумывает план действий.

— Видишь ли, тут проход завален так же, как в туннеле под Ямами. Не той породой. Снова известняк, — проговорил Уилл, ослабив узел галстука и снимая его через голову, чтобы бросить на пол к пиджаку. — Это не просто совпадение. — Он вернулся ко входу в туннель и сунул голову внутрь. — И обрати внимание на опоры, — мальчик провел рукой по той, что была рядом со входом. — Это не случайность. Ее пытались расшатать или сломать.

Честер присел рядом и посмотрел на опоры. В них действительно были глубокие засечки, как будто от топора, а местами дерево было разрублено почти насквозь.

— Черт побери, ты прав, — сказал он.

Уилл закатал рукава.

— Тогда за дело. Сейчас или никогда, — он снова нырнул в туннель и пополз, таща за собой ведро, валявшееся у входа.

Честер поглядел на свою школьную форму и открыл было рот, но передумал. Он снял пиджак и аккуратно повесил его на спинку стула.

— Давай! — громко прошептал Уилл. Он сидел на корточках в тени ограды, отделявшей сад от пустыря.

Честер, кряхтя, сдвинул с места нагруженную тачку и осторожно повез ее, огибая кусты и деревья. Выйдя на открытое место, он взял вправо, к оврагу, куда они сбрасывали отвал. По кучкам свежей земли и горкам камней, которые там лежали, Уилл заключил, что сюда же вывозил вырытый грунт из подвала его отец.

Пока Уилл следил, не идет ли кто, Честер быстро опустошил тачку и ловко развернул ее, чтобы отвезти обратно. Уилл тем временем сбросил в овраг крупные камни и комья глины, а затем догнал друга на протоптанной дороге в саду. Тут колесо старой тачки пронзительно заскрипело, протестуя против очередной поездки. Звук прорезал тишину осеннего вечера, и мальчики замерли, озираясь.

Честер уперся руками в колени, тяжело дыша. Уилл присел, чтобы осмотреть колесо.

— Черт, надо опять смазать.

— Да неужели? — язвительно отозвался Честер.

— Пожалуй, отнеси-ка ты ее на руках, — холодно ответил Уилл, выпрямляясь.

— А по-другому никак? — вздохнул Честер.

— Да ладно тебе, я помогу.

Уилл схватился за переднюю часть тачки, и остаток пути они пронесли ее, тихо ворча. На заднем дворе дома оба замолчали, как по команде, и бесшумно дотащили свою ношу к наклонному входу в подвал.

— Так, теперь моя очередь копать, — выдохнул Уилл, когда они присели на бетонный пол отдохнуть. Честер молчал.

— Ты как, нормально? — спросил Уилл.

Честер слабо кивнул, потом поглядел на часы.

— Мне домой пора.

— Ясно, — сказал Уилл.

Честер медленно поднялся и начал собираться. Уилл ничем не выдал своего облегчения. Они оба вымотались, копая и вывозя отвал, а Честер от усталости еле держался на ногах.

— Тогда завтра в то же время, — тихо сказал Уилл, сгибая и разгибая затекшие пальцы. Потом он потянулся, чтобы размять плечи.

— Ага, — прохрипел в ответ Честер и выбрался из подвала через заднюю дверь, не оглядываясь на Уилла.

Каждый вечер после школы они занимались одним и тем же. Уилл тихонько открывал дверь в сад и впускал Честера. Они переодевались и копали два-три часа без перерыва. Работа шла медленно не только потому, что в туннеле было тесно и приходилось действовать тихо, чтобы их не услышали в доме. Главная трудность заключалась в том, что вывозить отвал можно было только под покровом темноты. Когда Честер уходил домой, Уилл оставался в подвале, чтобы поставить стеллаж на место, привинтить его и подмести пол.