– Вот ты где, умница! Рада видеть, что ты чувствуешь себя как дома. Однако это кресло мне сейчас понадобится, а ты, полагаю, захочешь поужинать.

Джела сосредоточенно разворачивал упаковку, превращающуюся в мисочку, широко раздвигавшую края. Он услышал легкие-но-недостаточно-легкие шаги ученой и уловил аромат тела Кантры, который смешался с сильным запахом кошачьей еды.

– Отойди, Джела, – велела ему тэй-Нордиф, и он выполнил полученное указание.

Она ловко переставила кошку на столик, повернув носом к еде.

Оранжевый хвост дернулся, уши насторожились – и кошка моментально сосредоточилась на еде, как положено хорошему солдату в столовой. Джела решился поднять взгляд – и увидел улыбку на лице своей хозяйки: теплую и немного глуповатую улыбку, которая заставила его сердце похолодеть – настолько она не походила ни на одно из выражений, в которые складывались черты Кантры йос-Фелиум.

Глаза переместились с кошки на него – и их взгляд моментально стал жестким.

– Джела! – резко бросила она. – Положи запечатанные упаковки – аккуратно – на нижнюю полку среднего шкафчика. Когда корзинка опустеет, отнеси ее к двери.

Получив приказ, он повиновался. Ученая полюбовалась кошкой еще несколько мгновений, а потом он услышал, как она прошла к своему рабочему месту.

Он закончил наполнять шкафчик и повернулся, держа корзинку в руке. Упаковка опустела, а кошка снова исчезла. Ему не было приказано убрать за кошкой, потому он прошел мимо беспорядка, чтобы поставить корзинку туда, куда ему было велено – к двери.

– Как мне тебя назвать? – спросила ученая высоким глупым голосом.

Джела повернулся, медленно – и увидел, что она сидит в кресле, держа кошку на коленях и почесывая ее под подбородком. Кошка, вместо того, чтобы демонстрировать поведение хищника и калечить ее руку, выказывала все признаки экстаза, щуря глаза и полуоткрыв рот от удовольствия.

– Наверное, – мечтательно сказала тэй-Нордиф, – простое имя будет самым подходящим, а? Ведь великий бин-Арли учит нас: «Не имя и не дом составляют наше богатство». Потому с этого мгновения ты становишься… Удачей.

Кошка громко замурлыкала, а ученый довольно засмеялась. Джела, выполнивший все поручения, остался у двери, надеясь, что она вскоре его заметит и прикажет что-нибудь сделать, или же ляжет спать, и он сможет продолжить свои…

– Ах! Как мы сегодня посплетничали перед трапезой, Удача! Право, ты ужаснулась бы, услышав, как ученые сплетничают… Но нет же! Ты ведь была нанята ученым, правильно? И потому ты, наверное, не удивишься, услышав, что, по мнению ученого вел-Анбрека, Первый председатель тэй-Велфорд подстроил не только сегодняшнее доказательство, но и ряд предыдущих вызовов, направленных против работ прежнего Первого. Ученый вел-Анбрек считает… О! Он не высказывал это напрямую, как ты понимаешь: он так долго остается в живых в этих стенах не потому, что он идиот, полагаю… ученый вел-Анбрек считает, что Первый тэй-Велфорд желает повредить нашему возлюбленному мастеру дэа-Силу. Правда, это забавно, Удача?

Кошка широко зевнула. Ученый рассмеялась, сняла ее с колен и легко бросила на пол, поднимаясь на ноги.

– Ну, в постель, наверное, чтобы завтра я была свежей для новых трудов!

Не посмотрев в сторону дверей, где продолжал дожидаться Джела в надежде на какой-нибудь приказ, она сняла мантию и неряшливо бросила ее на полку, где стоял наполовину нераспакованный дорожный рюкзак. Сбросив туфли, она вытащила из шкафчика одеяло и легла на кровать.

– Джела, – сказала она, – притуши свет и иди спать. Он послушно уменьшил освещение и вернулся на свое место под деревом. Дождавшись, пока ритм ее дыхания сообщит ему, что она заснула, он извлек из тайника аппаратуру и снова принялся за работу.

В первый раз он оторвался от работы, когда плод отскочил от его колена, и сделал достаточно долгую паузу, чтобы съесть его, мысленно поблагодарив дерево. Он оторвался от работы во второй раз, когда ученая пошевелилась во сне, – и в третий, когда кошка попробовала улечься на его пульт.

Уже перед самым окончанием периода сна ученой он спрятал свое оборудование, привалился к стене и начал обдумывать два факта.

Первый: если результаты Лиада дэа-Сила заключены в базе данных башни Озабэй, то они действительно очень хорошо спрятаны.

И второй: он отыскал проклятый планетный щит Му-рана, который капитан Ро Гэйда приказала ему отыскать для армии перед тем, как он отправился на последнее задание.

– Цель прибытия на Землетуман?

Чиновница бросила скучающий взгляд на его лицензию и провела ее через считывающее устройство.

– Я привез данные для одного из ученых с постоянным членством в башне Озабэй, – твердо ответил Тор Ан.

Его плечо – в которое пришелся выстрел – сейчас уже болело по-настоящему, а мысли приобрели склонность опасно разбегаться. Он принял антибиотики из корабельной аптечки и достаточно плотно перебинтовал рану, так что его вторую по новизне торговую куртку (полученную от Кор Вина и потому великоватую) удалось натянуть поверх добавочного объема, созданного повязкой.

– Планируемое время пребывания? – спросила чиновница.

«Пока Землетуман не будет поглощен катастрофой, которая догнала моих»… Он поймал этот ответ, пока он не сорвался с его языка, и заменил его другим:

– Многое зависит от ученого. Возможно, от меня потребуют интерпретации.

Считыватель дал сигнал и выплюнул полоску с данными. Скучающая чиновница пропустила ее через другой считыватель. Тот выплюнул бледно-голубую плитку с пиктограммой «гость». Чиновница передала ее Тор Ану вместе с его лицензией пилота.