Платформа была запружена сомалийцами из Найроби: казалось, они явились сюда в полном составе. Старый скототорговец Абдулла подарил мне на счастье серебряное кольцо с бирюзой. Слуга Дениса Билеа степенно просил передать от него привет брату его господина, в доме которого в Англии он гостил в былые времена. Позднее, уже в поезде, Фарах поведал мне, что к вокзалу двинулись было на рикшах сомалийки, но, увидев такое скопление мужчин-сомалийцев, струсили и повернули назад.

Густав Мор поднялся в вагон и уже там обменялся со мной рукопожатием. Только сейчас, когда поезд дернулся и тронулся с места, к нему вернулось душевное равновесие. Ему так хотелось внушить мне отвагу, что он густо покраснел; его лицо пылало, глаза метали молнии.

На станции Самбуру, где паровоз заправляли водой, я вышла из вагона и прошлась с Фарахом по платформе.

Вдали, на юго-западе, виднелось нагорье Нгонг. Величественная небесно-голубая гряда вздымалась над окружающей плоской местностью. Однако на таком удалении все четыре вершины гряды выглядели как-то несерьезно, совсем не так, как с фермы.

Ладонь расстояния постепенно сгладила все выступы на горизонте.