Ренни пристроил свой зад на одном из трех письменных столов, втиснутом между двумя шкафами с папками, и усердно доедал свое печенье. Логан размещал на доске данные по жертвам.

— Что, — сказал констебль, слизывая крошки с пальцев, — снова толстушка, да?

Логан вытащил из папки фотографию и прикрепил ее магнитом к доске:

— Ты что-то сказал?

Ренни показал на фотографии:

— Все женщины пухленькие. И большинство мужиков тоже в теле. Не хочу говорить плохо о покойных, но всей этой компании не помешало бы есть поменьше сладкого.

Логан открыл коробку, помеченную словом «Нортумбрия», и начал копаться в ней.

— Если он убивает ради мяса, то ему требуются мясистыежертвы, разве не так? — ответил он констеблю.

Ренни покачал головой:

— У жирных людей столько же мяса, сколько у тощих, просто мясо покрыто слоем жира. Я на эту тему курсы прослушал. Как говорит моя мать, когда готовишь мясо, надо помнить, что самый смак в жире.

— Спасибо за подробности.

Логан взглянул на Фолдса — он все еще разговаривал по телефону:

— Артур, ты вполне способен сам принять решение… Нет… Артур, если бы я не считал, что ты самый подходящий человек для этой работы, я бы тебя не выбрал…

— Как ты думаешь, он их жарит или запекает? — развивал тему констебль.

— Послушай, ты сейчас должен ходить по домам…

— Ну да, только какой смысл расспрашивать, если всё это случилось двадцать лет назад?

— Не ной.

— Но мне ску-учно. — Ренни зевнул. — И я вовсе не обязан копаться тут с вами. Мое место на улице. Я должен бороться с преступностью! Я — жестокая детективная машина! Р-р-р!

— Ты идиот.

Логан вернулся к коробке. В руки ему попался конверт с заключением патологоанатома. Из конверта посыпались глянцевые фотографии восемь на десять. Сержант выругался и начал подбирать снимки с грязного пола. На каждом был изображен кусок мяса, снятый с разных ракурсов. Эксперты установили, кому принадлежали эти куски. Фотография жертвы была подколота к полицейскому протоколу. Логан прикрепил ее на доску рядом с другими. Ренни был прав — все жертвы Вайзмена отличалась избыточным весом.

Коллаж на доске принял законченный вид — от владельца магазина в Глазго, убитого в 1983-м, до Валери Лейт, расчлененной вчера. Все полноватые, но это единственное, что их связывало. Среди жертв встречались и блондинки, и брюнетки, примерно половина — мужчины, попадались азиаты, одна пара была из Тринидата (они жили в Ньюкасле), и у всех одинаково печальный конец.

Зато места преступлений были похожи. Как правило, кухня, где все пропитано ярко-красным, иногда следы борьбы, и непременный кусок мяса, оставленный в морозильнике в качестве прощального подарка.

Логан вспомнил кухню Лейтов. Неужели в человеке может быть столько крови?

— Черт бы всё побрал… — Фолдс захлопнул телефон и сунул его в карман. — Никогда не становись начальником полиции, Логан. Да, с ходу кажется, что это нечто: красивая форма, люди салютуют, девушки танцуют, но на самом деле это такая заноза в заднице… В общем, мне надо возвращаться в Бирмингем. Сегодня.

— Но ведь Вайзмен…

— Знаю, знаю, он должен позвонить на Би-би-си и назначить дату интервью… и тут уж мы на него навалимся. А меня не будет, потому что никто не хочет брать на себя ответственность за какие-то дурацкие костры, разведенные в Бирмингеме. — Он громко выругался. — Ничего не поделаешь, придется ехать. Кто-нибудь сможет отвезти меня в аэропорт?

Ренни снесло со стула в один момент.

— Я отвезу! — Всё что угодно, только бы не сидеть здесь среди гор пыльных бумаг.

Логан снова вернулся к заключению патологоанатома.

Дверь комнаты едва не слетела с петель, когда туда ворвался Инш:

— Где этот бесполезный придурок Ренни?

Логан закрыл глаза и сосчитал до трех, но это не помогло.

— Симон повез в аэропорт Фолдса…

— Он должен был просматривать папки!

— Начальник полиции старше по званию, вот он этим и воспользовался. — Не совсем соответствует действительности, но может спасти Ренни от нагоняя, когда он вернется. — Хотите, чтобы я ему что-то передал, сэр?

— Передай ему, что расследованием руковожу я, а не Фолдс. Напомни ему, что я оторву ему яйца и запихну в горло, если он еще раз исчезнет без моего разрешения. Ясно? А от вас, сержант, я хочу получить список лиц, совершивших половые преступления за последние сорок лет.

Логан поднял глаза на часы, висевшие на стене. Двадцать минут пятого, сорок минут до конца его смены.

— Вообще-то, сэр, я сейчас как раз пытаюсь разобраться…

— Сержант, ты принял мои слова за просьбу?