— Сержант Макрай!

Логан оторвался от бумаг и увидел, что все в зале смотрят на него. Он неловко встал и покраснел:

— Да… простите милорд… — Ну и дальше, как водится.

Свет резал глаза, он проникал через открытую дверь на другой стороне комнаты, как раз напротив решетки. Хитер зажмурилась и прикрыла глаза рукой.

В голове гудело, горло жгло, запястья болели там, где была проволока, которую ей удалось разрезать об острые прутья решетки. И эта слабость… она никогда не испытывала такую.

Постепенно глаза привыкли к свету, и Хитер смогла разглядеть комнату. Она походила на железный ящик. Не больше их крошечной спальни там, дома. Пол покрыт ржавчиной и засохшей кровью. О господи… Данкан мертв. Она просунула дрожащую руку между прутьями и дотронулась до его лба. Лоб был горячим, не холодным. Значит, Данкан жив!

Она хрипло позвала его:

— Данкан! Данкан, проснись!

Молчание.

— Данкан, кто-то нас разыскал, Данкан! Всё будет хорошо!

Свет загородила чья-то тень, затем послышалось клацанье металла.

Хитер попыталась крикнуть, но горло настолько пересохло, что вырвался только шепот:

— Моему мужу нужна медицинская…

В дверях появилась массивная фигура: фартук мясника, белые резиновые сапоги, резиновая маска; в прорезях для глаз — две черные бездны, в них ничего человеческого.

— Пожалуйста, — горячо шептала Хитер, — пожалуйста, мы никому не расскажем. Данкану нужна помощь!

Человек в фартуке стоял, склонив голову набок, и наблюдал, как она плачет. Так кошки наблюдают за пойманной птичкой.

— Пожалуйста! Я сделаю всё, что вы захотите! ПОЖАЛУЙСТА! — Хитер поднялась на колени и начала неловко расстегивать окровавленную блузку, обнажая бледное тело. Слезы ручьем сбегали по ее щекам. — Пожалуйста, не мучайте нас…

Мясник повернулся и втащил в комнату старую оловянную ванну.

Хитер осталась в своем сером немодном лифчике.

— Что бы мы такое ни сделали, простите нас!

Он наклонился и вытащил из ванны две цепи, затем продел их в кольца, приделанные к потолку. Не говоря ни слова, он выволок Данкана в центр комнаты.

Хитер мгновенно просунула руки сквозь прутья, схватила мужа за щиколотки. Держала изо всех сил.

— Нет! Вы его не получите! Вы не смеете!

Мясник отпустил Данкана, и ее муж свалился на пол. Хитер удалось подтащить его назад, к решетке, при этом она кричала изо всех сил:

— ПОМОГИТЕ! ПОМОГИТЕ! МЫ ЗДЕСЬ! КТО-НИБУДЬ, ПОМОГИТЕ!

Мясник обхватил ее запястья и рванул к себе. Хитер ударилась лицом о решетку. Боль застлала глаза, ноздри заполнил запах жженого железа. Она открыла рот, чтобы крикнуть, и почувствовала вкус крови. Попыталась вырваться, но мясник держал ее крепко… затем внезапно отпустил. Хитер отпрянула, но не упала. Запястья снова были стянуты проволокой и теперь намертво привязаны к прутьям решетки.

— НЕТ!

Она дергалась, не обращая внимания на боль.

— ОТПУСТИТЕ ЕГО!

Мясник прикрепил цепи к щиколоткам Данкана, затем потянул — цепи заскрипели, двигаясь через кольца, — и вскоре безжизненное тело ее мужа поднялось, вниз головой, над оловянной ванной. Что-то мелькнуло в его бледном лице, глаза открылись. Он ничего не понимал.

— Хитер?..

Она в отчаянии ударила плечом о прутья решетки; металл застонал.

— Хитер…

На этот раз, когда она бросилась на решетку, комната вздрогнула от ее крика:

— ОТПУСТИ ЕГО!

Мясник достал из ведра длинный зеленый резиновый фартук, Надел на себя. Затем натянул до локтя резиновые перчатки, тоже зеленые.

— Верни мне моего мужа!

БУМ — она снова кинулась на прутья, ободрав кожу с голого плеча.

Из ведра появился топор, затем нечто, напоминающее фонарь. Последними были вытащены ножи.

Мясник выбрал один и срезал с Данкана всю одежду, проводя ножом по швам и снимая ее, как шкурку с апельсина.

Когда Данкан оказался совершенно голым — его бледная кожа отсвечивала при резком свете, — Мясник развинтил штуковину, похожую на фонарь, на две половинки, вложил внутрь небольших размеров зеленую батарейку и снова свинтил.

— ОТПУСТИ ЕГО!

Решетка стонала под ее ударами.

— Хитер…

Клик— и фонарь завибрировал.

Мясник схватил Данкана за волосы и поднял его голову.

— Хитер… Хитер… Я тебя л…

Тупой конец фонаря опустился прямо на макушку Данкана.

КРЭК— громкий звук эхом отозвался в маленькой комнате.

Из дыры в черепе забил кровавый гейзер.

Хитер завизжала.

Мясник спокойно взял тонкий штырь и вставил его в образовавшуюся дыру. Он то опускал штырь, то вынимал, затем задвинул его так далеко, что сверху осталась только деревянная ручка.