Джейсон вспыхнул:

– Это верно, но лучше, по – моему, оставить всё как есть!

– Ничего не поделаешь. – согласилась Джулия. – Мы же не знаем, чей сейчас ход.

– Я думаю, что белых, – сказал Рик.

– Почему ты так уверен? – усмехнулся Джейсон.

Рик пожал плечами:

– Я не могу быть уверен, но я убеждён, что Питер Дедалус не исчез бы из Килморской бухты, не сделав свой последний ход.

– Вот как! – рассердился Джейсон. – В таком случае он не очень – то хорошо соображал. Потому что, будь у меня белые, я взял бы вот этого коня и.

Как только Джейсон поднял коня, шахматная доска завибрировала.

– Джейсон! – испуганно вскричала его сестра. – Что ты наделал?

Он стоял, держа коня и округлив от удивления глаза.

– А что я наделал?.. – спросил он.

Вдруг послышалось равномерное тиканье.

– Джейсон, поставь скорее коня на место! – попросила Джулия. – Ты запустил какой – то механизм.

– Нет, подожди! – остановил Джейсона Рик. – Не так. Теперь уже нельзя поставить его на место. Делай свой ход.

– То есть как это?

Шахматная доска стала тикать громче.

– Думаю, ты продолжил партию, Джейсон. И теперь шахматная доска вынуждает тебя играть дальше. Это тиканье – работа таймера. Давай делай свой ход. Куда ты хотел поставить коня?

Джейсон быстро оценил позицию на доске, припоминая, какой он собирался сделать ход.

– Я. никогда не играл в шахматы хорошо, – неожиданно оробел он, – но. по – моему. если поставить коня вот сюда. то получится шах королю.

Он поставил коня на доску, и тиканье прекратилось.

Джейсон удивлённо вскинул брови.

– Ты уверен? – спросила Джулия.

– Пожалуй, – кивнул Джейсон.

Посмотрев, куда поставил коня, он вдруг ужасно засомневался.

Но тут шахматная доска дрогнула, словно внутри неё пришли в действие какие – то механизмы.

Ребята в испуге отшатнулись и попятились к выходу. Фигурки между тем одна за другой попадали с доски, а в ней самой открылся ящичек.

– Ты прав, Джейсон! – воскликнул Рик, снова подходя к витрине. – Это шах королю!

В ящичке что – то лежало.

Нестор дважды посмотрел на часы. Обошёл весь первый этаж виллы «Арго» и тяжело вздохнул. Куда, чёрт возьми, подевались ребята? Уже почти шесть часов, а их всё ещё нет.

«Опасно», – сказал Леонардо.

А он в самом деле обладал особым даром предвидения. Своим единственным глазом он и правда видел много больше других людей. А стихи его всегда исполнены глубокого смысла и почти всегда оказывались пророческими.

Не в характере Нестора особенно беспокоиться по какому бы то ни было поводу. Но слишком долгое отсутствие ребят всё – таки встревожило его. Последнее стихотворение Леонардо всё время крутилось у него в голове, как испорченная пластинка.

Нестор подумал о старых велосипедах, на которых уехали ребята.

– Куда они делись? – обратился он к Солёному утёсу и клокочущей морской пене.

Потом сходил, прихрамывая, в свой домик за биноклем, вернулся на утёс и принялся изучать пляж и побережье Килморской бухты, время от времени покашливая.

Увидел, как Леонардо открыл входную дверь в высокую белую башню маяка. Подумал о матери Джейсона и Джулии, которая уже дважды звонила после обеда. И оба раза садовнику пришлось хитрить и как – то выкручиваться из затруднительного положения.

«Если хоть один волосок упадёт с головы моих детей, – вспомнил он слова госпожи Кавенант, пока рассматривал в бинокль панораму Килморской бухты, – заставлю тебя заплатить за это!»

Нестор опустил бинокль, только когда заныли руки.

Он видел, что в городке, как всегда, много туристов, которые, вернувшись через некоторое время к своим повседневным делам, быстро забудут о его существовании.

– Ничего не случилось, – проговорил Нестор, успокаивая себя. – Скоро вернутся.

Время.

Вообще всё, чего ни коснись, в результате оказывается всего лишь вопросом времени, разве не так?

В двадцати метрах под ним пляж, шумит море, беснуются между скалами волны в поисках затонувших секретов.

Колышутся на ветру ветки платанов, ясеней и дубов. Чайки садятся на крышу виллы «Арго», чтобы потом снова взлететь и ловить воздушные потоки.