– Не понял, - удивился Николай.

– Я хоть и генетик, но не идиотка, - пояснила Мария, сверкнув радостными глазами.

– И я не понимаю...
– озадаченно проговорила Галина.

– Внимание! У вас есть дети? Ещё нет? Делайте скорее, пока вы ещё смертны.

Супруги переглянулись. Ни капли детопроизводного желания они сегодня не испытывали, увлекшись иным чудесным приключением.

– А подождать нельзя?
– попытался пошутить Николай, поёживаясь от странных предчувствий.

– Нет, нельзя. Сколько миллионов сперматозоидов погибает по дороге к вожделенной яйцеклетке? Только единицы добегают до цели. Получается, как вам известно, зародыш. Один-два-несколько. Куда деваются остальные? Растворяются. Так, удобреньице... А если они все до единого будут вынуждены жить дальше? А? Где, спрашивается, они будут находиться?

Николай, остолбенев, почесал нос. Ему, как и любому нормальному мужчине, крайне редко доводилось размышлять над механизмом зачатия человека. Любой, даже очень умный, мужчина не считает своих сперматозоидов - и не только по техническим причинам. Просто как-то не до того, когда обнимаешься, целуешься и сливаешься в страсти.

– Вот-вот, - улыбнулась Мария, наблюдая за переливами чувств на крайне озадаченном лице Николая.
– Когда эта же мысль придёт в голову ещё какой-нибудь женщине, кроме меня, она начнёт бегать от потенциальных отцов своих детей как чёрт от ладана. Изворотливые учёные решат, конечно, и эту задачу. Предложат боязливым дамам клонирование - с гарантией, что в матку подсадят строго выверенный, до единого атома, продукт генной инженерии.

– На что дамы ответят протестом, поскольку инстинкт продолжения рода быстро угаснет за ненадобностью!
– Разволновавшаяся Галина вскочила, подбежала к зеркалу и почему-то начала нервно причёсывать свои разлохматившиеся, со следами перманента, короткие волосы.

Мария посмотрела-посмотрела на сей парикмахерский порыв и добавила:

– А ещё представьте себе какой-нибудь салон красоты. Приходит клиент стричься, а его свежеотсечённые волосы тут же возвращаются на его голову. Парикмахер в ужасе, и его в конце концов везут в психиатрическую больницу, впрочем, как и всех остальных, поскольку аналогичные процессы прокатятся по всей Земле - и очень многие в один день сойдут с ума! Планета бессмертных сумасшедших! Как вам перспектива?

– Маша, - простонала Галина, роняя расчёску, - Маша, вы не должны попасться в руки вашим преследователям!

– Конечно, я постараюсь, - пообещала Мария.
– Но ещё есть муж, сын, Петрович и одна женщина из нашего института. Есть пропавшие сотрудники лаборатории, а у них наверняка с собой исходный препарат, с инъекции которого начались мои беды. И вот эти сотруднички сейчас интересуют меня больше всего на свете!

– Почему?
– тихо-тихо спросил Николай, у которого уже почти выработались ресурсы фантазии. С непривычки.

– Потому что если яд бессмертия они сделали без противоядия - значит, они полные кретины. А я лично одного из них, как вы понимаете, видела, хоть и недолго. Так вот: он на кретина совсем не похож. Он пышет здоровьем и красотой. И у него короткая стрижка! Следовательно, он или не вводил себе препарат вообще - или сделал какую-то прививку. Или и то, и другое, но потом применил противоядие. Зачем они все исчезли? Может, они хотят откуда-нибудь с высокой горы управлять процессами, которые мы тут с вами столь залихватски нафантазировали?

– Да-а...
– протянул Николай.
– Представляю себе боевичок. Вся Земля, быстро переполняясь волосатыми бессмертными сумасшедшими, начинает стремительный поиск решения неординарной задачи, корчится от невыносимых мук ещё не изжитых половых страстей, но боится коитусов, одновременно мечтая о смерти зажившихся наследодателей!

Галина подошла к двери, осторожненько открыла её на пять-шесть сантиметров и прислушалась к ходу жизни в громадной коммуналке.

– Боишься, что нас подслушают?
– спросил Николай.

– Да, Коля, очень боюсь, - ответила Галина.

Отец и сын Ужовы встретили следующий день в самых комфортабельных условиях, о каких только могут мечтать любые беглецы.

Толстый хозяин дома оказал гостям почести: сам лично растопил камин в предоставленной им шикарной спальне с громадными краватями и перинами лебяжьей нежности. Ваське принёс все лакомства, о коих ребёнок только заикнулся, а Ивану Ивановичу по его просьбе дал бумагу и ручку - составить список литературы, необходимой для языковедческой работы. Пережитое почему-то вызвало в Ужове острое желание поработать над словом.

Проснувшись, Ужовы поплавали в хозяйском бассейне со стеклянной крышей и морской водой.

Покатались на велотренажёрах. Погуляли в лесу. Почувствовали радость жизни на свежем воздухе, охраняемом проверенными крепышами.

Иван Иванович, конечно, понимал, что хозяин готовится к решительному и интересному разговору. Любопытно, что он выдумает?

Васька, утомлённый погоней, просто радовался, как ребёнок, нуждающийся в радости. Никто не знал будущего. А дети малые вообще думают о нём редко.