— Что случилось с Варнусом? — решился спросить Гудрон.

— О! Вы видели, да?! — оживился наблюдатель. — Это интересно.

— Неужели, ответит?! — мысленно удивились товарищи.

— Рассказать, да?

— Да, — быстро сказал кузнец, прежде чем его жена или друг сгоряча ляпнули что-нибудь из разряда «Нет, это был риторический вопрос!»

— Это один из ваших устроил, — кивнул на герцога уродец.

— В смысле? — напрягся тот, думая, кого мог иметь в виду шут.

— Игрок. Думал, что нашел способ вырваться из Намбату. Ритуал с массовым жертвоприношением. Извел целый город. Большой выдумщик. Человек редких душевных качеств.

— Кто-то хладнокровно убил всё население порта, чтобы избавиться от знака? — пробормотала Филара.

— Да, — хохотнул наблюдатель, прыгая по ступенькам. — Не просто убил. Пожертвовал и тела, и души!

— Кому? — заинтересовалась Эрлада.

— Вот уж не знаю, — пожал плечами коротышка. — Не мой профиль. Детали мне не известны.

— А как же это ваше «О, какое счастье, что я помру! Мне выпала такая честь! Бла-бла!» — тряхнул головой Шун.

— Не успело сработать. Это же не вчера произошло, а несколько раньше.

— И как? — хмуро поинтересовался Ральдерик. — Получилось?

— Неа! — шут довольно растянул посиневшие от пищевого красителя губы, сверкая зубами такого же цвета. — Он так огорчился. Это надо было видеть!

— Сколько людей жило в Варнусе? — тихо спросила Филара, задумчиво глядя себе под ноги.

— Не считал, — уродец сунул в рот следующую конфету и соскочил на последнюю ступеньку каменной лестницы.

— И все впустую погибли… — пробормотала девушка.

— Ага, — наблюдатель вынул из кармана маленькое зеркальце и с любовью уставился на свою перемазанную яркими красками рожу. — Он выбрал этот город, потому что о нем никто не стал бы жалеть. Думал, что окажет человечеству услугу, если сотрет его с лица земли. Слабенькое оправдание, вы не находите? Такой забавный!

— Это не смешно! — с яростью крикнула светловолосая колдунья, пугая своих товарищей.

В гневе ее видели очень редко. Шун от неожиданности вздрогнул и чуть не свалился с лестницы. Остальные отреагировали спокойней.

— Если тебя это успокоит, он уже умер, — наивно похлопал глазами шут, отворачиваясь от своего отражения. — И очень неприятным способом.

Филара ничего не ответила, медленно спускаясь вниз.

— Ты зачем пришел? — сменил тему Ральдерик.

— А вдруг я соскучился?

— Не верю. Что тебе нужно?

— Не забывай, что, если ты умрешь, мне нужно будет вычеркнуть тебя из списка, — не обиделся наблюдатель. — Поэтому я должен периодически убеждаться, что ты еще жив. А еще ты можешь задать мне вопросы. Разумеется, понимая, что я, скорее всего, не стану на них отвечать.

— Я помню. Значит, ничего важного? Вот и вали тогда туда, откуда явился!

— Грубиян, — хохотнул коротышка. — Сначала я должен проследить, чтобы вы не попытались вернуться и завершить разговор. Так что, боюсь, вам придется наслаждаться моей компанией еще некоторое время.

— А не пойти бы тебе!.. — огрызнулся Шун, спрыгивая на землю с последней ступеньки.

— На материк вернемся вместе, — проигнорировал животное низкорослый, снова поворачиваясь к своему отражению.

— В таком случае, на веслах сидишь ты, — Ральдерик широко улыбнулся уродцу, гордо проходя мимо него в сторону, где была оставлена лодка.

Шут недоуменно вскинул бровь и с любопытством посмотрел вслед ушедшим вперед товарищам.

— Эй, мы никак не можем от него отвязаться? — шепнул гендевцу кот, семеня рядом. — Боюсь, эта лодка слишком мала для нас двоих.

— Сомневаюсь, — отозвался тот. — Не думаю, что нам это удастся.

— Я еще понимаю, если б он был уязвимый, — сокрушался зверь. — Тогда о большем и мечтать сложно. Зажали бы и подробно объяснили, в чем именно он неправ. И никуда бы он не делся. В море-то. А так он только всем нервы трепать будет. Совершенно безнаказанно.

— Да. Пожалуй, так я и сделаю, — задумчиво проговорил над его ухом наблюдатель, уже некоторое время шедший рядом и прислушивавшийся к словам животного.