– Ольгерда,– сказал он мне. Отто сидел рядом и успешно прикидывался слепоглухонемым.– Ты не пробовала, хотя бы для разнообразия, поменьше прогуливать занятия?

– Наставник.– Я смотрела на него самым искренним взглядом из своего арсенала.– Обещаю, на последнем курсе я буду самой прилежной студенткой!

– Почему я тебе не верю? – вздохнул Беф.– Мне вот что интересно: как могли все маги города, где находится Университет, проворонить выброс магической энергии такой силы?

– Так сейчас же каникулы...– заикнулась было я.

– Ольгерда, каникулы лишь у студентов, да и то не думать головой в это время позволяют себе только лентяи.

Я поняла намек и заткнулась.

– А если,– робко начал полугном,– если выброса энергии не было? Если нежить просто подошла к городу и затаилась в близлежащем леске?

– Почему ты так решил?

– Но это же просто! Вы, великие маги, мыслите крупными масштабами. Если армия – то обязательно телепортировать. Если поднимать нежить – то обязательно с вливаниями огромной энергии. А если сначала просто поднять зомби? Это же нетрудно. Привести на место, заложив в заклинание активацию во время полнолуния.

– И как это пришло тебе в голову?

– Вы смеяться не будете?

Беф насторожился:

– Нет.

– Я детективы люблю читать,– признался Отто.– В одном из них как раз такая ситуация описывается.

– Все равно,– рассуждал Наставник,– для этого требуется большое количество энергии.

– Может быть, убивали магов,– пожал плечами полугном.

Я вздрогнула. Не так давно и меня хотели убить для получения магической энергии. Воспоминания были неприятные.

– Отто, ты что, нас совсем за дураков принимаешь? Все маги королевства были проверены еще ночью, им были разосланы вестники. Умер только один и то от старости!

– Все зарегистрированные маги,– сказал полугном.– Те, чьи слепки аур есть в Магическом управлении. А как же бродячие маги-недоучки? Деревенские колдуньи? Жадины, которые не стоят на учете и не платят взносов? Вот, помню, в одном детективе...

Беф, недослушав, поднялся. Он был полностью погружен в свои мысли. Около дверей он остановился, что-то припоминая.

– Да, кстати, вам пора за работу,– потер лоб, но ничего больше не сказал.

– Ну ты и умный! – с восхищением сказала я Отто, когда мы брели к мастерским.

– Потому что читаю развивающую литературу,– гордо пояснил полугном.– Особенно люблю детективы с продолжением, когда надо угадать, что будет дальше, кто кого убил и каким образом. И вообще, личность делают те книги, которые она читает. Вот ты, например, какую последнюю книгу читала, кроме обязательных учебников?

– Научную литературу! – сказала я небрежно. Пусть не думает, что его лучшая подруга ограниченная личность, перебивающаяся любовными романами и «Вестником городских распродаж».

– Да-а-а? – поразился полугном.– И что же это за книга?

– Ты мне не веришь?

– Нет.

– Ты что, считаешь, что я такая бестолковая? – возмутилась я.– Ты меня совсем не уважаешь! – Я почувствовала, что сейчас расплачусь.

– Второй день,– прошептал Отто.– Еще немножко...

– Что?

– Ничего. Я хотел только уточнить, что за книга. Может, мне тоже стоит прочитать?

– «Изучение матерного языка эльфов».

– Что?! Эльфы умеют материться? Этого не может быть!

– Все умеют материться, Отто. Некоторые только так и разговаривают, литературный запас слов у них сводится к союзам, предлогам и междометиям.

– Очень интересно было бы послушать. «Вы пахнете, как отходы моего белоснежного коня».– «А ваше лицо мне напоминает зеленое земноводное, умершее от старости».

– Немного лаконичнее, но смысл примерно тот же. Хотя есть слова, за которые тебя в эльфийском обществе вызовут на дуэль.

– Это какие?

– Например, «гнусная эльфийская харя» и «мы, гномы, все равно вас круче». Я тебе книжку дам, сам почитаешь.

Вечером мы с Отто, обряженные в официальные мантии, направились раздавать только что сделанные защитные артефакты. Нам достался участок возле Варрагинского кладбища.

– Вот Наставники удружили,– ворчал полугном.– Почему кто-то раздает на освещенных центральных улицах, а кто-то – возле кладбища?

Я по дороге успела затариться пивом у знакомого торговца, поэтому настроение у меня было меланхоличное и сонное.

– Потому что мы артефакты хорошо делаем. А возле кладбища это немаловажно. И вообще, у нас уже есть опыт общения с зомби.