— Я вся во внимании, — отозвалась Хлоя, разглядывая большую жёлтую бабочку, присевшую на гриву Рута. — Да слушаю я, честно.

— Дело в том, что дальше путешествовать со мной будет опасно.

— Вот это новость! — ахнула Хлоя. — А до этого мы в дочки-матери играли, что ли?

— Раньше я закрывал наше местонахождение — по возможности. Сейчас же я е собираюсь это делать, да и прятать лицо не стану.

— Ты напрашиваешься.

— Это называется "ловля на живца". Человек, обокравший Храм Земли, неподалёку.

— И я вам мешаю?

— Нет, — неожиданно легко улыбнулся Олег. — Ты скрашиваешь каждый день и каждый вечер, что мы проводим вместе — и именно поэтому я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.

— Я не отстану и не испугаюсь! — упрямо тряхнула головой землянка. — Я с тобой!

Как часто Хлоя мечтала о том, чтобы был рядом человек, с которым можно просто молчать. Молчать — и не чувствовать этой неловкой паузы, повисшей, как валун, между двумя людьми. Даже Карина, уже насколько была близкой подругой, и та не понимала, что хорошего в тишине — и не замолкала ни на секунду.

И вот… в другом мире, сюрреалистическом от песка под сапогами до неба над головой, с какой-то ушастой ошибкой природы, которая — в смысле, который — и человеком-то не является… Идёт с ним, доверчиво взяв за руку, по улицам маленького городка в Объединённом Княжестве — молчит. Изредка они обмениваются фразами, шутят, смеются — снова молчат…

— Как тебе город?

— Красивый. Это только потому, что сейчас темно?

— Нет, — Олег рассмеялся. — Я здесь и раньше бывал — и в безжалостном дневном свете городок тоже чистенький и красивый. Как ни странно.

— Угу. Только об этом тупике такого не скажешь.

— Это не тупик, а переулок — самая короткая дорога к…

Как холодный ветер, по мыслям промчалась тревога. Эльф выхватил меч, обернулся и застыл, напряжённо стиснув костяшки пальцев на рукояти. Меч был бесполезен, как и магия — на всех пятерых болтались амулеты, сработанные магом как минимум второго уровня.

— Опусти меч, — с тихим смешком приказал один. — И не дёргайся, а тоя тоже… дёрнусь.

Этот наёмник держал нож у горла Хлои, слегка придавливая кожу холодным лезвием. Девушка закусила губу, а в глаза плясали злые зелёные черти — не страшно не капельки, хотя так близко к смерти, смерти ухмыляющееся и небритой, она ещё не была. Как глупо… Даже пискнуть не успела. А ведь только утром обещала, что не будет доставлять неприятностей!

Зазвенел отброшенный в сторону меч. Один из наёмников, не опуская арбалета, поднял его и восхищённо зацокал языком.

— Верест, я себе его возьму?

— Бери, только не порежься, — снисходительно хмыкнул тот, кто держал в захвате девушку. — Что такое, лопоухий, имя знакомое? Свяжите ему руки, да покрепче.

— Верест, выродок Бездны…

— Мир тесен, — сова оскалился наёмник, обдав Хлою ароматом лука. — Теперь жалеешь?

— Жалею, что не убил, — процедил сквозь зубы Олег. Каким бы подонком не был Верест, дело своё он знал хорошо: разговаривая, ни на пядь не отклонял нож, зная, что только так можно заставить эльфа не сопротивляться.

— Помнишь, сколько ударов кнута мне всыпали по твоей милости?

— Видимо, мало.

— Десять, эльф. И потом я два дня не мог встать.

— Говорю же — слабак, — усмехнулся Олег, прикидывая шансы. Пока девушка в лапах этого недоноска — ноль. Разве что…

— Посмотрим, каков ты! Сотню ударов — и ни одним больше. Мы же не звери…

Остальные с готовностью заржали. Один наёмник с видимым удовольствием показал длинный кручёный кнут.

Уж что-то, а кнута Олегу получать не приходилось. Первый же удар разорвал кожу, ожёг слепящей болью.

— За тебя хорошо заплатили, — сообщил Верест, уже начиная злиться. Проклятая нелюдь по-прежнему молчит, стиснув зубы, хотя его спина и плечи уже превратились в кровавый фарш. Ну, точно не человек. При взгляде в серые, холодные, даже сейчас спокойные глаза вдруг вспомнилось, что все эльфы — бессмертные маги, не чувствующие боли…

Раньше Олегу слабо верилось, что человек может умереть от пятидесяти ударов кнутом. Однако сейчас он прекрасно понял, что, учитывая сверхчеловеческую выносливость эльфийской расы, он долго не продержится. Сквозь странную муть в глаза увидел всё же нерешительность на лице Вереста… Неожиданно наёмник издал жуткий вопль и, отшвырнув Хлою, завертелся на месте, словно муравьями укушенный.

Не задумываясь пока над этой странностью бытия, Олег резко вскочил, как распрямившаяся пружина, перехватил связанными руками кнут, с силой дёрнул, разворачиваясь к остальным. Наёмники, на миг опешив, среагировали быстро. Но недостаточно быстро. Перехватить меч ладонями, выдернуть из рук горе-воина, разрубить одним взмахом мешающие верёвки…

Хлоя приподнялась на локте. В одну секунду всё изменилось: тот, кого называли Верестом, лежит на земле, а на девушку уже явно никто не обращает внимания.