– Классно сработали, – добавил Эланг. – Тот офицер, филиппинец, смелый парень, но вынырнул почти белый. O-i-e! Страшно нырять рядом с торпедой, где полторы тонны древней взрывчатки и ржавый взрыватель.

– Мы беспокоились за Штос, – призналась Хотару. – Если бы офицер береговой охраны начал задавать вопросы, то могли бы возникнуть проблемы.

– Aita pe-a, – сказала девушка-буньип, – я бы ответила: я из fare Упаики. Я под защитой Великой Хартии людей нези на корабле нези. И что?

Японка мысленно представила себе такую сцену. Филиппинский офицер, который не хочет обострять ситуацию и явно меганезийская команда на корабле. Стал бы офицер вникать в тему о происхождении и гражданстве Штос после такого её ответа с чётким упоминанием Великой Хартии? Очевидно, что не стал бы. Оно ему надо?

– Кэп Гэнки зачётно показал что, как и где, – заметил Окедо, – там филиппинское море у филиппинского берега, но это наш корабль, и на нем мы хозяева, а филиппинцы гости.

– Ага, – согласилась Тиви, – классно получилось. Как в кино.

– Не это главное, – сказал Эланг, – любой другой правильный кэп канак сделал бы то же самое. Главное, что кэп Гэнки нырял вместе с этим офицером, а потом ещё поменялся адресами. Когда кэп Гэнки снова пойдет брать тут добычу, офицер Рисал всем скажет: «Hei foa! Этот канак мой друг, мы вместе пили саке и ныряли около старых японских торпед». E foa te Filipino подскажут кэпу Гэнки, где найти хороший хабар на дне.

– Конечно, если кэп Гэнки пообещает поделиться табашем, – уточнила Тиви.

– Это понятно, – Эланг кивнул, – правильный канак всегда делится, если его навели на табаш. Но это уже потом, а сначала – дружба. Вот.

Солнечный диск окончательно утонул в море, мигнув на прощание узкой красноватой полоской над горизонтом. Окедо вынул свой коммуникатор, ткнул что-то в меню и на надстройке вспыхнула лампа, осветив лэндинг-площадку.

– Как ты это сделал? – Поинтересовалась Штос.

– Дистанционное управление, – ответил он, – полезная штука.

– Сейчас я тебе объясню, – добавила Тиви.

– Давайте лучше объясним на ноутбуке? – Предложил Эланг и отправился в рубку.

С топ-мостика спустился Дземе Генки и, протянув Хотару бумажный блокнот, сказал:

– Ты знаешь, кажется мне удалось на закате услышать kami этого залива.

– Услышать? – Спросила она, глядя на цепь из двадцати иероглифов, сложенную в три столбика, поскольку листки блокнота имели маленький формат. – …Да, действительно, кажется, это так, хотя кто знает?

– А что это такое? – Вмешалась Тиви, тоже глядя на иероглифы.

– Хэй, это ведь хокку! – Объявил Окедо, – мы в школе проходили! Помнишь?

– Ну, проходили, – юная утафоа-упаики выразительно вздохнула.

– Я даже могу попробовать прочесть… Ага… Umi no ee… Блин… А эти штрихи, они просто так, или?… Ага, это к четвертому иероглифу… Уф.

– Наверное, – улыбнувшись, сказала Хотару, – у меня получится лучше.

Девушка-буньип застыла, как черная статуэтка, а через несколько секунд спросила.

– Что значит эта короткая песенка?

– Если перевести приблизительно, – ответил Дземе Гэнки, то:

…

Когда, выражаясь поэтически, черная кошка наигралась с рыжим мячиком, а, говоря простым языком, наступил рассвет 6-го декабря, над заливом Лэйте со стороны Палау появились два сверхлегких учебных вироплана «tartar», называемых в авиационном обиходе «крылатыми чайниками». Название родилось или из-за стеклопластикового корпуса, похожего на радикально увеличенный футуристический электрочайник, или вследствие исключительной простоты пилотирования. Впрочем, задача, которую этим ранним утром решил пилот второй из этих машин, выглядела далеко не простой…

Первый «крылатый чайник» выполнил обычный лэндинг приблизительно в центр прямоугольной площадки «Sea Shade». Его экипаж – океанийская японка и мелано-ирландский метис – немедленно выскочили на палубу и откатили легкую машину в передний-правый угол площадки, так что крылья-лопасти 6-метрового ротора почти прижались к носовой надстройке. Тем не менее, часть площадки, которая осталась свободной, выглядела слишком маленькой для лэндинга второй машины, пока ещё находившейся в воздухе, балансируя на высоте десятка метров.