– Наверное, так сэр. Но японская часть эскадры отказывается выполнять приказ. Тот парень, Сугата Катсо, капитан корвета Тиба, позвонил мне, и сказал: они остаются и намерены защищать островок Асога до… В общем, самурайские бла-бла-бла, сэр!

Дэнброк задумчиво хмыкнул и пожал плечами.

– По-своему, тоже логично. Как я понял из твоих объяснений про традицию, для этих самураев самое главное – красиво и бессмысленно умереть за императора. Думаю, что китайцы с удовольствием им помогут… Правда, красиво не получится, но что делать.

– Но сэр, – заметил Уиклиф. – Это грубое нарушение дисциплины. Есть приказ…

– Это не американские моряки, – перебил Дэнброк. – А Сугата официально замещает адмирала Кияма, и путь делает что хочет. Просто отправь телекс в Перл-Харбор и в Йокосука, что командир японской группы кораблей вышел из состава объединённой эскадры. И пусть они разбираются. Это не наше дело.

– Капитан Сугата очень просил вас приехать на «Тиба», сэр, – сообщил Уиклиф.

– Хм… Зачем?

– Не знаю. Но он просил передать, что это очень важно, и он будет чрезвычайно благодарен, если вы… В общем, он просил с крайней степенью почтения, сэр.

…

Вилли Дэнброк не хотел встречаться с капитаном корвета «Тиба». Если командир допускает на своем корабле самурайский ритуал суицида, то он профессионально непригоден. Таково было чёткое мнение американского адмирала. Но отказаться от встречи с военными моряками, намеренными ценой жизни защитить столицу своей страны? Нет, этого Дэнброк сделать не мог. Он обязан был объяснить этим бравым парням, что их отчаянная попытка обречена на провал, и попробовать отговорить…

…Звонок на мобайл застал адмирала Дэнброка уже в разъездном боте, на полпути к «Тиба». Кияма Хотару дочка японского адмирала, снова была в состоянии Фатального Японского Горя, Переносимого с Твердостью и Достоинством. Оказывается, её жених, Дземе Гэнки, уже почти готов был обратиться к уважаемому господину Дэнброку за рекомендацией на гражданскую работу, но узнал, что его боевые товарищи приняли решение погибнуть на посту, но не отступить. Теперь он считает, что это – судьба. Он передает благодарность за то, что Дэнброк остановил ритуал сеппуку, и теперь Гэнки сможет умереть в бою, что, по мнению Гэнки, наилучшим образом искупит вину…

Кияма Хотару снова не знала, что делать, и обращалась к американцу, как к волшебной палочке (сработало один раз – сработает и второй). Дэнброк пообещал девушке по возможности разобраться – хотя совершенно не представлял, как будет это делать.

Выслушав формальный рапорт капитана Сугата, и окинув взглядом построившихся на палубе 80 японских моряков (всю команду, кроме вахтенных) американский адмирал окончательно убедился в бессмысленности героической выходки капитана корвета. Половина команды ещё не оправилась от болевого и нервного шока, полученного при химической атаке четыре дня назад. «Не бойцы, а похмельные кролики, – подумал Вилли Дэнброк, – по-хорошему, им в лазарет надо, а они лезут в самураи». Тем не менее, он произнес формальное приветствие, после которого принял приглашению Сугата Катсо выпить по чашке чая в капитанской каюте. Вот тут и начался разговор по существу.

Американский адмирал решил сразу в лоб изложить свое виденье ситуации.

– Вы намерены силами двух кораблей: 100-метрового легкого скоростного корвета, 60-метрового многоцелевого минного тральщика, двух палубных вертолетов и 135 человек суммарного личного состава, сражаться против неизвестного противника, возможно – против флота КНР. Разумеется, вы знаете приказ по эскадре: выдвинуться на запад. Вам понятно, что вы нарушаете дисциплину. Но, возможно, вы думаете, что у вас есть шанс победить, а победителей не судят. Вы на это рассчитываете?

– Я думаю, – спокойно ответил капитан корвета, – что мы не имеем права отступать.

– Это абстракция, – отрезал Дэнброк, – а что конкретно вы собираетесь делать? Или вы планируете просто подставить борта этих двух кораблей под китайские ракеты?

– Я прошу простить мне мою непочтительность, – ответил Сугата Катсо, – но я хотел спросить: как бы вы строили оборону на моем месте, господин Дэнброк?

– Я? О, черт! Почему я? Не лучше ли вам спросить совет у адмирала Кияма?

– ещё раз прошу простить меня, но тогда я бы поставил господина Кияма в неудобное положение, обсуждая это по телефону. Ведь речь идет о неисполнении приказа.

– Чёрт! Вы сами загнали в угол себя и свои экипажи, а теперь спрашиваете у меня, как вылезти из этого угла! А о чём вы думали, когда принимали это решение?

Японский капитан опустил глаза и чуть наклонил голову.

– Боюсь, мне трудно объяснить это вам. В Японии это называется: «busi do».

– Когда китайская субмарина… – произнес Дэнброк, – не игрушечная, с которой вы столкнулись три дня назад, а настоящая МПЛ «Лира», даст залп с 20 миль ракетами «цзюцифэн», имеющими скорость полторы мили в секунду, у вас останется примерно четверть минуты на их уничтожение. Ваши зенитки не успеют.