Пири очень внимательно посмотрел на точку, возникшую на северо-востоке над темнеющим горизонтом и толкнул локтем задремавшего Марвина.

– Эй, бро, можно взять твой ноктовизор?

– Aita pe-a, – проворчал шеф-пилот и передал ему массивные очки.

– Что там? – Поинтересовалась Лвок.

– По ходу, – сказал Пири, – британцам понравилось барбекю по-фак-факски.

– ещё бы! – Отреагировал Пэой Биб. – Это ведь рецепт моей бабушки!

– Барбекю классное, – ответила Лвок, – но мне кажется, что дело не в нем, а в том, что наши британские соседи оказались в полной жопе.

Легкий вертолет приземлился на том же месте, с которого взлетел утром, и из кабины спрыгнул на грунт тот же самый капитан первого ранга Спокмен.

– Извините, леди и джентльмены, а как мне найти комиссара Грида?

– Лучше вам его сейчас не искать, – сказал Пири, – он со своей подружкой повторяет основы камасутры, и… Ну, вы меня поняли.

– Так… А где лейтенант Кабреро?

– Спит, – лаконично ответила Лвок.

– Черт! – Произнес британец. – Боюсь, мне придется его разбудить.

– А в чем проблема, кэп Спокмен? – Спросил Марвин.

– Проблема в субмарине класса «I-400».

– В старом японском подводном авианосце? – Уточнил шеф-пилот.

– Да, – Спокмен кивнул. – Точнее, в том, что одна такая субмарина, похоже, каким-то образом прошла мелководный Зондский пролив и движется сюда. Мы полагаем, что северные корейцы построили реплику «I-400» и хотят пустить её в дело.

– Эту субмарину кто-то видел? – Поинтересовался Пэой.

Британский капитан утвердительно кивнул.

– её засняло австралийское TV с борта самолета в тысяче миль к востоку от нас.

– Это значит, – сказал Марвин, – что через сутки она может быть здесь.

– А вам знакома эта модель? – Спросил Спокмен.

– Знакома теоретически, – сказал шеф-пилот. – В колледже мы тренировались на продвинутых копиях старых самолетов. Я летал на поплавковом бомбере «Seiran», специально сделанном для «I-400». А что вас интересует?

– Прежде всего: какая дальность и скорость у этих самолетов?

– У исходной модели 650 миль и 250 узлов, а у продвинутой дальность тысяча.

– Черт! Получается, что они могут атаковать нас уже сейчас?

– Я думаю, – сказал Марвин, – у них нет шансов. Хотя если пройти после заката на сверхмалой высоте, то ваши наблюдатели и ваши радары могут их не заметить.

– Черт! – снова произнес британец. – Это какой-то долбанный провал во времени… Спасибо, мистер Марвин, и всего наилучшего. Мне надо срочно вернуться на базу.

…

Наллэ Шуанг выбрал позицию так, чтобы пара «эйр-багов», заходящих на посадку в маленьком заливе, смотрелась на фоне низко стоящей Луны, и поймал их в видоискатель камеры своего мобайла.

– Клип на память? – Cпросил Ематуа Тетиэво.

– Отправлю по e-mail Эстер, – ответил Наллэ, – по-моему, ей понравится.

– Ты уже успел соскучиться? – Ематуа хлопнул его по плечу.

– Да, – подтвердил гуманистический экстремист и перевел объектив камеры на другой объект: изящную черную женскую статуэтку, контрастно выделяющуюся на светлом настиле пирса. В действительности это была не статуэтка, а вполне живая девушка, но застывшая в необычной позе: сидя на пятке одной ноги и положив обе свои ладони и подбородок на колено другой ноги, почти прижатой к груди.

Ематуа покачал головой из стороны в сторону.

– Как Джульетта на балконе в ожидании Ромео. Странно…

– Джульетта, – заметил Наллэ, – вряд ли сворачивалась в такой клубок.

– Странно не это, – сказал Ематуа. – Видишь ли, родич, у татутату и других архаичных негритосских племен такое отношение женщины к мужчине не характерны по стилю жизни. Мужчину любят, когда он рядом. Какой смысл любить, когда не видишь?

– Отношения в стиле «Ромео-Джульетта» не характерны ни для какого человеческого этноса, – ответил Наллэ, – это фортуна, как в покере синхронный «Royal Flash» у двух игроков. Иначе об этом не сочиняли бы красивые новеллы и баллады.