Эллен плохо представляла себе Фили в роли бабушки.

– А как же университет?

– Поступлю в университет, если не встречу своего суженого этим летом. Но мне не хочется уезжать отсюда. Я люблю эти места. Я здесь выросла и вросла в них.

Эллен подумала, что подросшая Дилли хочет населить сказочный замок большой и дружной семьей, потому что сама была лишена ее в детстве.

– Это просто безобразие, что у мамы никогда не было собственного мужа. Она всегда брала напрокат чужих. – Гостья озорно посмотрела на Эллен. – Но она еще достаточно молода, чтобы родить. Так что, может, мы сделаем это вместе. Вот было бы здорово! Скажите, а могут мать с дочерью выйти замуж за отца с сыном, или это запрещено законом?

– У тебе есть кто-то на примете? – Эллен чуть не рассмеялась.

– Пока нет.

Эллен никак не могла понять: то ли Дилли не по годам наивна, то ли не по годам мудра.

– А ты общаешься со своим отцом? – спросила Эллен.

– Он умер, когда я была младенцем, – спокойно сказала девушка.

– Прости.

– Он был художником, как и мама. Один из дедушкиных учеников. Мама говорит, что свет не видывал мужчины красивее его. Это была единственная настоящая любовь в ее жизни. Родственная душа. Если бы отец не умер, они бы до сих пор были вместе. Мы жили бы в большом доме, у меня было бы много братьев и сестер. Отец разбился на мотоцикле.

Эллен удивилась, что Фили никогда ни словом не обмолвилась ей о своей большой любви.

– Я должна встретить свою родственную душу, пока молода, чтобы мы прожили вместе всю жизнь. Я планировала сделать это в шестнадцать лет, как мама, но экзамены отняли столько сил, да и не с кем флиртовать. Эти женские школы – такой кошмар. Вы учились в женской школе?

– Нет, я училась в обычной.

– Счастливица! Я вам завидую! Я тоже хотела пойти в местную школу, но мама сказала, что я должна поехать получить приличное образование. Это чтобы ей было удобнее крутить романы, пока меня нет. У вас, наверное, было много кавалеров?

– Нет. Я встретила своего кавалера в шестнадцать, и мы тринадцать лет прожили вместе. Только недавно расстались.

– Но не поженились и детей не завели?

Эллен покачала головой.

– Значит, вы с ним не были родственными душами.

– Когда-то были. Но тогда нам было всего по шестнадцать лет, а души ведь тоже растут, сама знаешь. И могут вырасти по-разному.

– А мне уже семнадцать, и я прекрасно понимаю, кто мне нужен. Я созрела для брака.

– Мне двадцать девять, но я и то не считаю, что созрела, – рассмеялась Эллен. – Ты уверена, что через десять лет будешь чувствовать то же, что и сейчас?

– Абсолютно. Я вижу, что мне пора замуж. Думаю, Рори моя родственная душа. Точнее, раньше так думала, – вздохнула Дилли. – Пока не встретила Шпору. Он бесподобен. Как вы думаете, он влюблен в меня?

Эллен чуть помедлила с ответом, дожидаясь, пока уляжется тупая, звериная ревность, которая подавила на миг все остальные чувства.

– По-моему, должен быть влюблен. – Она выдавила ободряющую улыбку. – Какой мужчина на его месте устоял бы?

– Правда? Он вам что-нибудь говорил?

– В последнее время я его не встречаю. – По коже Эллен побежали мурашки, как всегда, когда она говорила о Шпоре.

– А я его постоянно встречаю. – Дилли удивилась этому обстоятельству и задумалась, прижав валик с краской к подбородку. – Наверное, это судьба.

– Наверное. – Эллен аккуратно водила валиком по стене.

– Я верю в судьбу. Ведь не случайно он вернулся в город именно этим летом.

– Я не думаю, что из Шпоры получится хороший муж, – промямлила Эллен.

Ей припомнились слова Глэд Тайдинг, что леди Белль намерена женить сына, и сердце у нее упало.

– Я ищу не биржевого брокера, а родственную душу, – раздраженно ответила Дилли.

«Они будут прекрасной парой, – думала Эллен. – У них родятся восхитительные дети. Может быть, Дилли и есть тот ангел, который вернет Шпору к жизни».

– А я думала, вы с ним хорошие друзья, – сказала Дилли.

– Я с ним едва знакома. – Эллен посмотрела в большие зеленые глаза собеседницы. – Но его душу я хорошо знаю. С первой минуты.

– Вот как? И какая же у него душа?

Эллен закусила губу и честно ответила:

– Такая же, как у меня.

– Так, значит, вы его любите? – Дилли обиженно оттопырила нижнюю губку.

– Нет, Дилли, это не тот случай. Нас ненадолго выбросило на один берег после крушения. Я скоро уеду навсегда. Как только продам дом.