Фелиша сощурилась, напрягая мышцы рук. Прилаживающий крепления на одном из алтарей некромант заметил, ухмыльнулся.

— Можешь не стараться, принцесса. Ты слишком долго была без дракона — у тебя не осталось сил на огонь.

Обожжённая артефактами ладонь пыхнула пламенем, слишком слабым, чтоб напугать охамевшую гадину, но достаточным, чтобы перепалить пеньковый шнурок. Она тут же скинула чёрную змею и поспешно принялась развязывать второе крепление. Некромант лениво щёлкнул пальцами. Четыре химеры подошли к алтарю и просто сели рядом, уставившись на Фелишу немигающим плотоядным взглядом.

— Выпусти меня немедленно!

— О, так значит ты всё же вытащила кляп? — всё так же не отрываясь от дела поинтересовался некромант.

— Ты хочешь выпустить мне кровь?

— Нет, с чего ты взяла?

— Я лежу на жертвеннике, вокруг толпа нежити, а у тебя за поясом чёрный нож, кстати, надеюсь, ты его хотя бы вымыл, не приведи боги потом какая царапина ещё загниёт.

— Если бы я хотел выпустить твою кровь, я бы сделал это, пока ты прибывала в отключке. — Он всё же подошёл, придавил Фелишу обратно к деревянному алтарю и на этот раз привязал цветастым шнурком, обшитым бисером и жемчугом. Перехватил недоумённый взгляд пленницы. — Нравится? Это последнее, что твой братишка сумел сделать — спереть твоё украшение.

— Чего ты ждёшь?

— Неужели ты куда-то спешишь? Ах да, понимаю — думаешь, что тебя спасут твои друзья. Зря надеешься — здесь сотни миль и столько же ходов, а пробраться к сердечнику храма можно только сквозь болотища. Не делай таких глаз, детка — ты бормочешь в забытьи. Значит, сам Феникс отметил тебя своей благосклонностью? Как нелепо иногда повторяются события. Твоя мать тоже однажды положилась на него — когда решила, что он сможет уберечь от меня её дочь. Длинная история, я когда-нибудь её тебе расскажу… дорогая.

Фелишу передёрнуло. Она отвернулась, чтоб не видеть искажённого ядовитой радостью лица брата. Брови Диметрия тоже начали выцветать, теперь от прежнего него осталось только имя, и то присвоило существо с насквозь прогнившей душой. Или оно её не имело? Ходили слухи, что когда-то давным-давно некромант отказался от неё, чтобы получить бессмертие.

— О, наконец-то первые гости, я уже заждался, — некромант поднял голову на приближающийся шум. В зал влетело целое облако гарпий, дико верещащих и каркающих. Они рассеялись и выплюнули из себя порядочно помятых Ташу и крепко её обнимающего Веллерена. Одежда на них висела клочьями, вампир был изрядно поцарапан и зажимал одной рукой располосованную щёку, но его спутница была скорей растрёпана и испугана, чем изувечена.

Некромант хлопнул в ладоши, от толпы нечисти отделилось несколько внушительного размера циклопов. Они схватили ещё не успевших прийти в себя вампира и полукровку и в мгновение ока определили их на алтари — обоих на светлые.

— Вы чего здесь делаете? — Фелиша, как могла, вывернула голову, но смогла разглядеть только ноги вампира, вяло отбрыкивающиеся от нескольких гадов, привинчивающих его к камню. — Мне казалось, здесь вы случайные гастролёры — навестили памятник древности и — до свидания.

— Ну да, — неуверенно отозвалась Таша, — но вон те милые птички решительно попросили нас задержаться. Мы не могли отказать. К тому же Мартуф куда-то удрал, а я не могла его оставить.

Фелиша выругалась. Веллерен, судя по сдавленному шипению, тоже.

— Сейчас подтянутся и остальные, — доложил некромант. — Давно пора, нельзя заставлять хозяев ждать, это невежливо.

В ту же минуту появилась не менее шумная толпа болотных гадов. Эти притащили скрученного, словно гусеница, пса, которого шваркнули на ещё не занятый белый жертвенник. Мартуф тихонько поскулил, но заметил Ташу и явственно зарычал. Привязать его так и не решились, удовольствовались мотком верёвок, обвивших тело оборотня.

— И наконец, последний штрих!

По хлопку в зал вошёл Вертэн, неся на руках бесчувственную Лейм.

Один из циклопов принял её, оттащил на следующий светлый камень. Ещё двое одноглазых подошли к самому вампиру, тот оскалился.

— Не стоит, — вкрадчиво попросил некромант. — Ты должен был знать, куда попадёшь, и всё же сам вызвался привести нимфу. Неужели так горело увидеться с моей невестой? Или в очередной раз попытался её спасти? — на руках вампира мимо воли прорезались когти. Некромант хмыкнул. Что ты нашёл в этой костлявой бескровной девчонке?

Вертэн бросил взгляд на девушку, распятую на деревянном жертвеннике. Она смотрела на него тем же гадливым взглядом, что и королева Фиона десяток лет назад. И всё же ни одна, ни вторая не вышибли из него дух, хотя вполне могли.

— Её мать когда-то спасла мне жизнь и я не успел ей отплатить, — глухо ответил он.

— Ах как возвышенно! Кровь предателя облегчит ей боль, так что можешь утешать себя хотя бы этим, дурак.

Вампира впечатали в последний светлый жертвенник.